Архив метки: Станислав Золотцев

Итоги заочного поэтического конкурса «На земле, где мы с тобою выросли…»

ИТОГИ
заочного поэтического конкурса
«На земле, где мы с тобою выросли…»

посвящёного 250-летию (23 октября 1772) образования Псковской губернии и 75-летию со дня рождения известного советского и российского поэта, автора слов Гимна города Пскова Станислава Александровича Золотцева (1947-2008)


По итогам голосования жюри литературно-исторического проекта «Память поколений»,  призовые места в заочном конкурсе «На земле, где мы с тобою выросли…» распределены следующим образом:

1 место
Вячеслав Анчугин
 п. Пионерский, Свердловская область

2 место
Анна Токарева
г. Егорьевск, Московская область

3 место
Анатолий Вершинский
г. Раменское, Московская область


Церемония награждения победителей конкурса состоится  4 сентября 2022 года
в  Изборске, на фестивале исторической поэзии «Словенское поле 2022».

Если автор не сможет участвовать в церемонии награждения, диплом будет  выслан ему «Почтой России».


Литературно-исторический проект «Память поколений» реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на реализацию проектов в области культуры, искусства и креативных (творческих) индустрий, предоставленного Президентским фондом культурных инициатив.

Положение о заочном о поэтическом конкурсе «На земле, где мы с тобою выросли…»

ПОЛОЖЕНИЕ
о поэтическом конкурсе
«На земле, где мы с тобою выросли…»
(заочное участие)

Поэтический конкурс «На земле, где мы с тобою выросли…» посвящён 250-летию (23 октября 1772) образования Псковской губернии и 75-летию со дня рождения известного советского и российского поэта, автора слов Гимна города Пскова Станислава Александровича Золотцева (1947-2008).
Конкурс проводится Псковским региональным отделением Союза писателей России в рамках поэтического фестиваля «Словенское поле 2022» (далее – фестиваль).
На конкурс принимаются поэтические произведения:
— о Псковской области, её истории и современности;
— о малой родине, её городах, сёлах, деревнях и людям в них проживающих, отражающие отношение поэта к родной земле, родному краю.

Общие положения:
1. Организацию и проведение конкурса осуществляет оргкомитет литературно-исторического проекта «Память поколений» (далее – Оргкомитет).
2. Для оценки представленных работ и подведения итогов конкурса Оргкомитет создаёт и утверждает компетентное жюри.
3. Решение жюри является окончательным и не подлежит изменению.

Авторское соглашение:
4. Участник конкурса гарантирует, что он является автором предоставленного на конкурс произведения и не нарушает чьих-либо авторских и смежных прав.
5. Подавая заявку на участие в конкурсе, автор тем самым соглашается с правилами и условиями конкурса.
6. Участник конкурса соглашается с тем, что произведение, участвующее в конкурсе, в течение трёх лет со дня окончания фестиваля исторической поэзии «Словенское поле 2022» без дополнительного согласования с автором, может быть опубликовано, полностью либо частично:
— на сайте Псковского регионального отделения Союза писателей России «Псковский литературный портал»;
— на сайте Государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника «Изборск»;
— в сборнике по итогам реализации литературно-исторического проекта «Память поколений» (в случае издания);
— в периодических изданиях, печатных и электронных СМИ освещающих работу фестиваля и (или) литературно-исторического проекта «Память поколений».

Порядок приёма заявок:
7. Заявка на участие в конкурсе принимается одновременно с заявкой на участие о фестивале.
8. Конкурс проводится по принципу: «Один автор – одно стихотворение».
9. Объем произведения не должен превышать 32 строки, включая эпиграф (послесловие). Название произведения в число строк не входит. Стихи, написанные «в одну строку» к рассмотрению не принимаются.
10. Стихотворения, превышающие установленный объём к рассмотрению не принимаются.
11. Оформление произведений согласно разделу III Положения о фестивале «Словенское поле 2022».
12. На конкурс не принимаются произведения:
— оформленные с нарушением установленных правил;
— не соответствующие тематике конкурса;
— содержащие ненормативную лексику;
— носящие проявления расовой, национальной и религиозной нетерпимости;
— не соответствующие целям и задачам фестиваля «Словенское поле 2022».
13. Организаторы конкурса вправе отклонить заявку без объяснения причин.
14. Судейство анонимно. Перед отправкой на рассмотрение судьям сведения об авторе удаляются, вместо них каждой подборке стихотворений присваивается кодовый номер.
15. Замена произведений, принятых к участию в конкурсе не допускается.
16. Произведения не рецензируются, организаторы конкурса в переписку с авторами не вступают.

Сроки проведения конкурса:
17. Начало приёма заявок 05.06.2022.
18. Окончание приёма заявок 25.07.2022.
19 Публикация «Длинного списка» (по каждой номинации) — не позднее 01.08.2022.
20. Публикация «Короткого списка» — не позднее 15.08.2022.
21. Публикация имён победителей конкурса – не позднее 25.08.2022.

Награждение победителей:
22. Лауреаты конкурса награждаются дипломами фестиваля «Словенское поле 2022».
23. Произведения авторов, занявших призовые места, публикуются на сайте Псковского регионального отделения Союза писателей России «Псковский литературный портал» и в сборнике по итогам реализации литературно-исторического проекта «Память поколений» (в случае издания).
22. Организаторы, партнёры и спонсоры фестиваля могут учредить дополнительные призы и подарки победителям конкурса.


Прочитать положение о фестивале «Словенское поле 2022»
Скачать форму заявки на участие в фестивале


Литературно-исторический проект «Память поколений» реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на реализацию проектов в области культуры, искусства и креативных (творческих) индустрий, предоставленного Президентским фондом культурных инициатив.

Положение о поэтическом конкурсе «На земле, где мы с тобою выросли…»

ПОЛОЖЕНИЕ
о поэтическом конкурсе
«На земле, где мы с тобою выросли…»
(очное участие)

Поэтический конкурс «На земле, где мы с тобою выросли…» посвящён 250-летию (23 октября 1772) образования Псковской губернии и 75-летию со дня рождения известного советского и российского поэта, автора слов Гимна города Пскова Станислава Александровича Золотцева (1947-2008).
Конкурс проводится Псковским региональным отделением Союза писателей России в рамках поэтического фестиваля «Словенское поле 2022» (далее – фестиваль).
На конкурс принимаются  поэтические произведения:
— о Псковской области, её истории и современности;
— о малой родине, её городах, сёлах, деревнях и людям в них проживающих, отражающие отношение поэта к родной земле, родному краю.

Общие положения:
1. Организацию и проведение конкурса осуществляет оргкомитет литературно-исторического проекта «Память поколений» (далее – Оргкомитет).
2. Для оценки представленных работ и подведения итогов конкурса Оргкомитет создаёт и утверждает компетентное жюри.
3. Решение жюри является окончательным и не подлежит изменению.

Авторское соглашение:
4. Участник конкурса гарантирует, что он является автором предоставленного на конкурс произведения и не нарушает чьих-либо авторских и смежных прав.
5. Подавая заявку на участие в конкурсе, автор тем самым соглашается с правилами и условиями конкурса.
6. Участник конкурса соглашается с тем, что произведение, участвующее  в конкурсе, в течение трёх лет со дня окончания фестиваля исторической поэзии «Словенское поле 2022» без дополнительного согласования с автором, может быть опубликовано, полностью либо частично:
— на сайте Псковского регионального отделения Союза писателей России «Псковский литературный портал»;
— на сайте Государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника «Изборск»;
— в сборнике по итогам реализации литературно-исторического проекта «Память поколений» (в случае издания);
— в периодических изданиях, печатных и электронных СМИ освещающих работу фестиваля и (или) литературно-исторического проекта «Память поколений».

Порядок приёма заявок:
7. Заявка на участие в конкурсе принимается одновременно с заявкой на участие о фестивале.
8. Конкурс проводится по принципу: «Один автор – одно стихотворение».
9. Объем произведения не должен превышать 32 строки, включая эпиграф (послесловие). Название произведения в число строк не входит. Стихи, написанные «в одну строку» к рассмотрению не принимаются.
10. Стихотворения, превышающие установленный объём к рассмотрению не принимаются.
11. Оформление произведений согласно разделу III Положения о фестивале «Словенское поле 2022».
12. Приём заявок по 02.08.2022 включительно.
13. На конкурс не принимаются произведения:
— оформленные с нарушением установленных правил;
— не соответствующие тематике конкурса;
— содержащие ненормативную лексику;
— носящие проявления расовой, национальной и религиозной нетерпимости;
— не соответствующие целям и задачам фестиваля «Словенское поле 2022».
15. Организаторы конкурса вправе отклонить заявку без объяснения причин.
16. Судейство анонимно. Перед отправкой на рассмотрение судьям сведения об авторе удаляются, вместо них каждой подборке стихотворений присваивается кодовый номер.
17. Замена произведений, принятых к участию в конкурсе не допускается.
18. Произведения не рецензируются, организаторы конкурса в переписку с авторами не вступают.
19. В случае отказа автора от личного участия в фестивале, его заявка аннулируется.

Награждение победителей:
20. Лауреаты конкурса награждаются дипломами фестиваля «Словенское поле 2022».
21. Произведения, занявшие призовые места и избранные произведения участников конкурса публикуются в сборнике по итогам реализации литературно-исторического проекта «Память поколений» (в случае издания).
22. Организаторы, партнёры и спонсоры фестиваля могут учредить дополнительные призы и подарки победителям конкурса.


Прочитать положение о фестивале «Словенское поле 2022»
Скачать форму заявки на участие в фестивале


Литературно-исторический проект «Память поколений» реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на реализацию проектов в области культуры, искусства и креативных (творческих) индустрий, предоставленного Президентским фондом культурных инициатив.

«Всё пройдет, а Россия – останется!»: тема Родины в творчестве Станислава Золотцева

Татьяна РЫЖОВА

 «ВСЁ ПРОЙДЕТ… А РОССИЯ – ОСТАНЕТСЯ!»:
ТЕМА РОДИНЫ В ТВОРЧЕСТВЕ СТАНИСЛАВА ЗОЛОТЦЕВА
(к 75-летнему юбилею поэта)

Временем Станислава Золотцева, «гостившего» на этой земле в период с 1947 по 2008 год, были и послевоенные годы, ещё ощущавшие отзвуки минувшей войны, и годы восстановления страны с верой в светлое коммунистическое будущее, и горькие годы упадка и распада СССР, вслед за которыми пришли перестройка, лихие времена 90-х с переделом собственности под лозунги о новых капиталистических отношениях, о либерализме и демократии и, наконец, медленное, болезненное движение России на пути к возрождению.

В истории Родины этого периода, как в зеркале, отражается история жизни и творческой биографии поэта. Поэтому я посчитала уместным в начале своего литературно-критического обзора обозначить хотя бы основные вехи его жизненного пути. Родился Станислав в деревне Крестки близ Пскова, с 15 лет работал слесарем на одном из псковских заводов и, как многие ребята тех лет, по вечерам учился в школе работающей молодёжи, а затем успешно сдал экзамены на филологический факультет Ленинградского Государственного Университета. После окончания ЛГУ в 1968 году, Станислав некоторое время работал переводчиком в Индии, позже стал преподавать в Историко-архивном институте в Москве. Вскоре защитил диссертацию на степень кандидата филологических наук. В течение нескольких лет служил офицером морской авиации на Северном флоте.

Писать Станислав стал очень рано, публиковался в известных литературно-художественных журналах, а первая книга его стихов была издана в 1970 году. Тогда же он был принят в Союз писателей СССР. Перу писателя принадлежит 25 стихотворных сборников, несколько книг художественной прозы и научных исследований по отечественной и зарубежной литературе, а также боле 20 книг поэтических переводов на русский язык писателей Востока и Запада. Кроме того, С. А. Золотцев оставил заметный след в публицистике конца 80-х годов яркими статьями, осуждающими политику разрушения отечественной культуры и распада СССР.

Известная истина, гласящая, что стержневые свойства поэтического таланта и мироощущения во многом определяются «почвой», на которой начинала произрастать и формироваться судьба автора, кажется удивительно справедливой, когда речь заходит о поэзии Станислава Золотцева. Такой почвой для него стала древнерусская псковская земля, неотделимая от истории России, русского православия и Пушкинского гения. Тема родины пронизывает буквально всё его творчество, распространяется на всё тематическое многообразие его лирики.

 Поэт обладает качеством, которое я назвала бы «прорастанием в родную землю». Поэт и сам не мог не ощущать этого, хоть и использует другие глаголы, передающие это состояние:

…Снег и солнце вдвоём
Полонят окоём
Красотой – как её не зовите.
В красоте, в чистоте,
В зоревой высоте
Серебристые тянуться нити.
Я ПРОШИТ ими весь.

Я на родине здесь,
На славянской земле заповедной.
(«Я в снегах, как в шелках». Стихотворение
написано в Святогорье, там, где могила Пушкина)

А вот ещё:
……………………….
И я живу теперь в своём народе
И на земле единственной моей.
И РАСТВОРИЛАСЬ в пушкинской природе
Моя душа среди родных людей

Или, например, это:
…И всё-таки меня окликнут снова
На той земле, где начал я житьё.
И с древней честью города родного
СОЛЬЁТСЯ имя древнее моё.
(Псковские строки)

Надо заметить, что поэтическое предвидение поэта о единении своего имени с родным городом не обмануло его: он любим и почитаем в Пскове, да и главная песня Пскова – его Гимн — написана на стихи Золотцева. И как тут не вспомнить искромётные строчки псковской поэтессы Ирены Панченко:

Станислав у нас, друзья, таков:
У поэта сердце – город Псков,
Мудрая поэта голова —
Это златоглавая Москва.
………………………………
Как ни мил ему столичный кров,
Станислав опять вернётся в Псков.
Ведь поэт без сердца – прах да тлен.
Ну а Псков для сердца – сладкий плен.

Строчки эти взяты из шуточного Посвящения Золотцеву, опубликованного в сборнике эпиграмм и пародий «Шутить – не плакать», 2000 г., но по сути своей они совпадают с почти программным признанием самого поэта, обращающегося к своим землякам:
…………………………………
Если что-то доброе я создал –
это потому, что с юных пор
жизнь сверял не по столичным звёздам,
а по звонам Пскова и Печор.
Этот зов не вымер и не замер,
в нём звенят грядущего ключи…
Потому и жив я только с вами –
навсегда родные земляки.
(Землякам)

И как поэт «прорастает в родную землю», так и древний Псков поистине «прорастает» в каждую строчку Станислава Александровича. Кажется, нет ни одной детали, связанной с прекрасной и нелёгкой судьбой Псковской земли и её народа, которая не затронула бы душу Станислава Золотцева и не нашла бы отражение в его творчестве:

Это мой нерукотворный венец,
с плотью, духом и судьбой нераздельный,
древний край, где жили мать и отец,
для меня – не только место рожденья.
Это город, и деревня, и сад,
Сотворённые мозолями предков,
Это древо их трудов и утрат,
Жизнь моя его молодшая ветка.
(Псковская рапсодия.С.58)

Однако было бы несправедливо называть Золотцева только псковским поэтом, поскольку его творческая биография и поэтическая известность не ограничилась рамками одного лишь края. Он, без сомнения, поэт всероссийский, внёсший ещё и значительный вклад в международную литературу своими поэтическими переводами писателей Востока и Запада.

Но также очевидно, что «русскость» поэзии Золотцева проистекает из её «псковcкости». Да и осознание себя русским и понимание того, что это значит, пришло к поэту именно на этой земле, которую он облекает в истинно патриотические строки в одной из своих миниатюр:
« ….Впервые в тот зимний день на заповедной, святогорской, пушкинской земле я ощутил: быть русским значит принадлежать русской земле всегда. Быть её частью во все века и времена, и минувшие, и грядущие. Быть её частью во всех её лихолетьях… (Псковская рапсодия.С.121).

Как очевидно и то, что эта земля для поэта суть Отечество, вся Россия: «СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ. Земля Словенских ключей. Это — наша последняя Стена. И падёт она лишь вместе с нами. Она падёт лишь тогда, когда во всех наc умрёт, исчезнет, уничтожено будет то, что зовётся Р о с с и е й. Чувство того, что мы – русский народ… Она – это мы сами….» (графические выделения букв в словах принадлежат С.Золотцеву).

Родина Золотцева – это живой организм, и поэт находится в каждой его клетке. На счёт этого у него самого нет и тени сомнения: «Это для меня – единственное место на свете, где я всем существом ощущаю дыхание Русской Вечности, а себя – её частицей» (Псковская рапсодия, с. 4).
И действительно: у поэта почти физическое ощущение родины, восприятие себя как части её — будь то боль за многострадальную, разрушаемую страну конца уходящего 20-го века как, например, в стихотворении с первой строчкой «Земляк-писатель, поклон тебе и спасибо…», когда боль сада, олицетворяющего Родину, становится болью поэта: «сердце стало сплощной занозой»:
………………………………………..
Я всё понимаю: сегодня эпоха прозы,
Никчёмны вздохи над прошлым, никчёмны слёзы.
Леса вырубают – не только что старый сад,
но прямо в меня такие щепки летят,
что сердце стало сплошной занозой…,
будь то его радость и грусть, неотделимые от прошлого и будущего родины:
……………………………..
Тогда я прадедам улыбнусь,
Поведав радость свою и грусть,
И двери правнуку в дом открою,
и сам в грядущую выйду Русь.

Буквально каждым своим стихотворением поэт «поёт родине о любви». Однако любовь к родной земле передана не через декларативные пассажи о своих к ней чувствах – да и глагол «любить» по отношению к родной земле он использует редко. Пожалуй, так демонстративно, и даже дважды произнесённое, это слово появляется только в двух его стихотворениях: «Пскову» — «как я люблю этот город заснеженным!» и «Затонуло в дождях…» — «…я детской любовью люблю эту пору». Но и при этом поэту удаётся избежать банальности расхожей словесной формулы признания в любви – в первом случае это достигается почти визуальной конкретизацией сказочного состояния зимнего города, которое не может не вызвать чувства восхищения – его первозданная заснеженность, сквозь тишину которой проступает не просто история — вечность.

Как я люблю этот город заснеженным –
в завесях, в нависях и в кисеях,
неузнаваемым и незаслеженным,
неразличимым в пуховых слоях.
…………………………………………..
Снежная воля! Ни лязга, ни скрежета.
Колокол звякнет – и снова затих.
Как я люблю этот город заснеженным –
вылепленным из столетий седых…
(Пскову)

Во втором упомянутом стихотворении – аналогичный приём детального, осязаемого описания бесхитростных сельских прелестей любимой им поры на любимой земле, так оправдывающих использование автором традиционных, веками повторяемых слов признания в чувствах:
…………………………………………………….
И поныне я детской любовью люблю эту пору –
Хлопотливые, дымчато-влажные, гулко-седые деньки…
Горько вянет ботва, и простудно рокочут моторы,
И холщовые пасти свои
На меже разевают мешки.
И мои земляки тонут в сизой испарине пахот.
И родные мои над картофельной гнутся грядой.
………………………………………………………
(«Затонуло в дождях…»)

Да, разные поэты по-разному «любят» в стихах свою родину. Одни громкоголосо воспевают дорогую сердцу землю, другие намечают свои чувства лишь пунктирно, словно боясь словесной банальности в её прославлении.

Как мне видится, глубокая любовь Золотцева к Отечеству умещается не в громких фразах: ОН ОБЛАДАЕТ ДАРОМ ОБЛЕЧЬ В СЛОВА САМИ ЧУВСТВА – ИСКРЕННИЕ И ТРЕПЕТНЫЕ. Стихотворение поэта о русской берёзе – ярчайший тому пример. Привожу его целиком.

Сколько русской земли
повидал и в дожде и в морозе,
сколько знал красоты в каждом малом её уголке –
но ещё не сказал, ничего не сказал о берёзе,
о серёжках её, о дрожащем зелёном платке.

Да и нужно ли это?
И так уж немало пропето…
Не устали о них заливаться лихие меха.
И недаром возникла печальная шутка поэта,
что о каждой берёзе написано по два стиха.

Ей не легче от песен
стоять под колючей пургою
на высоком бугре, в леденящем глухом январе.
…Подойду к ней без слова
и ветку поглажу рукою,
и щекою прижмусь
к промороженной нежной коре.

Формула любви человека, поэта и гражданина Станислава Золотцева выражается в восхищении, в сопереживании и сострадании к Отчизне, в знании её людей и истории, в приятии её судьбы. Он искренен и предан в своей любви, и поэтому, наверно, ему так важно, чтобы это чувство было ответным. И не великое ли это счастье для поэта, тонкого и требовательного к своему творчеству, каковым был Станислав Золотцев, обрести в ответ на свою любовь ощущение духовной взаимности, вызванной плодами его ремесла?
…………………………………
И не знаю, кому –
 может, матери, может, любимой,
может, просто земле, затонувшей в осеннем хмелю,
я пою о любви, о высотах её и глубинах,
и в ответ раздаётся бессмертное слово –
Люблю!

Любовь к родине у поэта не статична – она подвижна и отражает все нюансы и изменения, происходящие в этом дорогом для него организме, а, значит, и в самом поэте. Как родителей тревожит эволюция внутреннего и внешнего состояния растущего ребёнка, так и Золотцева волнует всё, что происходило и происходит с его Родиной, подверженной непростым «болезням роста».

Он с ней, чтобы не случилось, несмотря на её ошибки и заблуждения. Нота трагического мироощущения в творчестве писателя на фоне событий, происходящих в России конца ХХ-го века, появлялась довольно часто. Однако трудно не заметить, что вера в обретение русским народом утерянных духовно-нравственных ценностей, и оптимизм, несмотря ни на что, доминировали в его творчестве. «И надо жить, пока душа жива/ и лихолетьем не убита нежность,/ и стебли трав сплетаются в слова:/ Входящие, оставьте безнадежность!» — восклицает поэт.

Любовь поэта к Отчизне самоотверженна и полна надежды на прекрасное будущее для страны. Он живёт верой в силу жизни русской земли, – «неизменной, сокровенной, работящей», не приемля для этой земли чуждые, как ему кажется, «прелести других цивилизаций»:
………………………………………….
Эта жизнь осталась жизнью настоящей
даже с тысячью болячек и пороков.

Что ей прелести других цивилизаций,
что ей липкий иноземный свет в оконце…
Только эта жизнь и может жизнью зваться:
в ней слышнее звон церквей,
чем звон червонцев.

Сердцевину в ней разлады и разбои
не убили, хоть и крепко подкосили,
и осталась эта жизнь самой собою,
потому что эта жизнь — сама Россия.

Читая стихи Золотцева, начинаешь вдруг понимать, что у него было чувство личной ответственности за судьбу России, за все события, происходящие в ней. Словно осознавая за собой эту миссию, он снова и снова обращается к теме, которая тревожит его ум и сердце – это дальнейшая судьба Родины, будущее Русского народа. И вот ещё интересное наблюдение: поэта беспокоит, что он может не успеть сделать чего-то очень важного для Родины в трудное для неё время, может даже умереть, не успев помочь ей, хотя бы как поэт, «звенящий в стуже соловьём».

Так в стихотворении с горьким названием «Как смола ядовитая, тянется…», определяющего суть тяжёлого для России времени начала 90-х, поэт ведёт разговор со своей душой, умоляя её не покидать его, дождаться «зари», в приход которой он свято верит.

Как смола ядовитая, тянется
Смута нашего хмурого дня…
Ах, душа моя, вечная странница,
Не спеши улетать от меня!

Как полночный измученный пьяница,
Рухнул век у своей же двери.
Ах, душа моя, вечная странница,
Нам бы только дожить до зари!

Заиграет она, забагрянится,
В поле вешнем прогреет ростки…
Ах, душа моя, вечная странница,
Мы и хуже знавали деньки.

…………………………………………..
Что, душа моя, вечная странница,
Тяжко в стуже звенеть соловьем?
Всё пройдет… А Россия – останется!
Ради этого мы и живём.
(1992)

«Всё пройдет… А Россия – останется! Ради этого мы и живём» — эти слова стали своеобразным лейтмотивом целого ряда стихов поэта о Родине, в которых он искренне и убедительно раскрывает истину о незыблемости России, живущую испокон веков в русском народе. И трудно не разделить эту выстраданную поэтом веру, которая идёт у него из самого сердца:

Не будет последнего дня у России.
Не будет последнего дня.
Последний Иуда на красной осине
удавится в кроне огня.
И время само, и себя пересилив,
мы выстоим, веру храня.
Под кровом небес, то свинцовых, то синих,
надёжней душа, чем броня.
Не будет последнего дня у России…
Не будет последнего дня!
Не зря же мы тысячу лет возносили
молитвы с колен и с коня.
Не будет последнего дня у России!
Не будет последнего дня…
День первый творенья
лучи золотые возносит, в колосьях звеня.
По звёздам и росам ногами босыми
сквось вечность бежит ребятня…
Не будет последнего дня у России.
Не будет последнего дня.
(Из историко-лирической поэмы «Прощание с xx веком»)

Когда я писала заключительные строчки этой статьи, пришло радостное известие о том, что к юбилею поэта успел выйти в свет сборник сонетов Станислава Золотцева «Лебединых крыльев перезвоны», поддержанный финансово Псковской областной администрацией.

«Это должны быть именно сонеты, — настаивала вдова поэта Ольга Золотцева, — ведь Станислав так любил этот жанр!»

И это действительно так. Вот какими словами сам писатель выразил своё отношение к сонету и объяснил причину приверженности этому жанру:

— «Сонет – самая излюбленная для меня из всех форм стихотворчества. Я захвачен был ею ещё в самые юные свои годы, в начале литературного пути. Впрочем, как и положено начинающему, какие только образцы строфики и архитектоники стиха не перепробовал тогда, в шестидесятые-семидесятые.

Но из всего этого моря стиховой филиграни единственно ж и в о й (по крайней мере, естественной для моего голоса) формой остался сонет. Он – всевластен. Ведь его имя происходит от итальянского глагола «звенеть». А музыка русской поэзии насквозь колокольна: в ней – и набат, и благовест, и свадебные бубенцы, и валдайские медные певчие птицы, и «звонки» в прежних школах. И шедевры гончаров, и крохотные колокольчики в украшениях женщин нашего Севера… А, главное, сонетом можно сказать в с ё ! Бывает: в его 14 строк умещаю то, что говорил в какой-либо поэме, написанной в молодости…» (из книги поэта«14 колоколов любви»).

Добавлю от себя, что сонеты, вышедшие из-под пера поэта в 90-е и, особенно, в последние годы уходящего столетия, смогли вместить в 14 строк невероятно острое ощущение поэтом состояния, в каком оказалась тогда Россия. И та вера в её живучесть и праведность, о которой говорилось выше, звучит в его сонетическом творчестве так, как будто бы Станислав Золотцев написал эти строки вчера. Чего стоит хотя бы вот этот сонет!

НОВЫМ ЗАВОЕВАТЕЛЯМ РОССИИ

Вы не поставите нас на колени!
как судный день – этот гибельный час.
и наших предков священные тени
с благословением смотрят на нас.

пора лишений, крушений, сомнений
на Русь не в первый обрушена раз.
вы не поставите нас на колени.
вы знать не можете правду о нас.

не покорится вам русское слово –
не покорится, светла и сурова
тысячелетняя наша душа.

любое поле у нас – Куликовым
стать полем праведной битвы готово,
безмерной волей славянской дыша…

А поскольку Станислав Золотцев писал стихи и на английском языке, то, отдавая ему дань как лингвисту и переводчику, мы включили в сборник некоторые его сонеты в переводе на этот язык. Выполнены они известной московской переводчицей Еленой Пальвановой и мной. Сонет «Новым завоевателям России» довелось перевести мне. Решила включить сюда и перевод, посчитав, что будет неплохо, если этот замечательный сонет прозвучит ещё и на английском.

TO NEW CONQUERORS OF RUSSIA
You’ll never make bring us to our knees!
The Day of Judgment — this disastrous day.
And even our ancestors’ shadows, it seems,
Watch and bless us from where they stay.

It’s not for the first time for Russia to see
Hard days of crashes, doubts and pain.
You’ll never make bring us to our knees!
Not knowing our truth you will try it in vain.

Russian Word will not submit to you ever —
Nor will so bright, and so stern, and so rare
Our thousand-year-old Russian soul.

Any field with us is just «Kulikovo»
Ready to turn in a battlefield fair,
Breathing the Slavic freedom filled air.

Для Золотцева Россия, её прошлое, настоящее и будущее, всегда была связана с Православием. Да и мысль о незыблемости России у поэта всегда подкреплена Верой:
…………………………………
Но сколько бы нас не гасили –
Горим, как свечи подо льдом.
Не угасай, моя Россия –
Последний в мире Божий Дом…
(Последний дом)

И хотя само слово Вера не так уж часто появляется в его поэтических строчках, его содержание раскрывается у него через целый ряд других понятий, близких и дорогих русскому человеку. К ним можно отнести, в частности, такие как: Всевышний/Бог/Господь/Христос/Спаситель, Божья Матерь, Храм/Церковь/Божий дом, Крест, Святые праздники, Душа/Дух, Молитва/Покаяние/Божье слово, Святые места, Пастырь, Паства.

Перечисленные духовные словоформы неотделимы в художественном восприятии поэта от ключевых «светских» слов, с которыми, понятийно и ассоциативно, он отождествляет родину: Отечество/Отчизна/Родина/Русь/Россия/Держава/Москва/Псков, Правда, Дом, Воин/Витязь, Битва, Столетье, Любовь, Красота и другие.

Идея Православия, как одной из основ величия и державности России, нашла воплощение в его «Гимне грядущей России», которым мне хотелось бы завершить свой обзор лишь небольшой доли поэтического наследия Станислава Золотцева, в котором голос замечательного русского поэта о Родине звучит так злободневно и, хочется верить, пророчески.

ГИМН ГРЯДУЩЕЙ РОССИИ

Обретая земли и моря,
что тебе принадлежат по праву,
возродись, Империя моя,
Русская Великая Держава!
Древнее духовное зерно
вырастает в новую святыню.
 Никому на свете не дано
поселить в душе твоей пустыню.
Чистым светом братства и любви
озарись, единое славянство.
Неубитой волей оживи
наших нив безмерное пространство.
Обрати сиротское жильё
в отчий дом для дочери и сына…
Возродись, Отечество моё,
наша неделимая Россия!
Не поправ собою никого,
оставайся Русью Православной.
Веры предков корень вековой
да пребудет нашей сутью главной.
Пережив лихие времена
униженья, смуты и насилья,
возродись, огромная страна,
вольная и вечная Россия!
Над сынами павшими скорбя,
твой соборный мир многоплемённый
пусть навек исторгнет из себя
чуждые границы и кордоны.
Да сомкнутся все твои края
 под багряным стягом Правой Славы.
 Возродись, Империя моя,
Русская Великая Держава!
(октябрь, 1993)

г. Псков

 

Сквозь вечность и добро я с вами говорю…

Вита ПШЕНИЧНАЯ

«СКВОЗЬ ВЕЧНОСТЬ И ДОБРО Я С ВАМИ ГОВОРЮ…»
к 75-летию Станислава Золотцева

Представь, читатель: небольшой зал библиотеки, где в прямом смысле было не протолкнуться, затих; едва ощущается разве что дыхание зрителей, постепенно сливающееся в одно целое с почти неуловимым касанием ветра из открытой створки окна; около него стоит невысокого роста мужчина и негромко читает, иногда поглядывая на лист:

В лёгких паутинках солнце задремало.
В зарослях витает сладкая пыльца.
Красный сок пылает на ладонях мамы.
Чёрный сок пылает на руках отца

Читает, постепенно светлея лицом. И каждый из присутствующих невольно подаётся вперед, ответно и созвучно тянется на эти слова…  Собственно, с той встречи и с тех строк началось для меня медленное узнавание такой разной – звонкой и умеющей разить в самое сердце, искренней, часто клокочущей от ярости подобно вулкану, отчаянной и беззащитной – золотцевской поэзии.
Сейчас, когда уж более полвека осталось позади из собственной жизни, я оглядываюсь на прошедшее благодарно, восхищенно и, не скрою, неизменно с нотками горечи. Если бы заранее знать да оценить, с людьми какого мощного дара и масштаба сведет судьба, непременно б делала снимки и записывала сказанное ими, чтобы ни крупицы не пропало из бесценного того самого времени, в котором мы так удивительно совпали. Да какое там!
Когда разговор заходит о Станиславе Золотцеве, мне сразу приходят на ум две главные составляющие его характера: профессионализм и смелость. В сущности, что мы вкладываем в понятие «смелость»? Бесстрашие, неравнодушие, честность перед собой, в первую очередь, а часто и дерзость. Такой человек не может не отзываться (а поэты отзываются стихами, они устроены так по умолчанию) на любую беду и боль своего Отечества, своей Родины, которая порой: «…неверием полна, / живя и в озлобленье, и в бессилье, / и всё переворочено до дна, / и связаны у Птицы-Тройки крылья…», и чем горше становится её день, в ту, теперь уже давнюю пору начала нового века, тем неутомимее и звонче звучат строки Золотцева:

Однажды с гражданской войны
Мы с вами вернёмся,
И красной Кремлёвской стены
Губами коснёмся.
Гранитная ляжет печать
На кровь и насилье.
И траурно будет молчать
За нами Россия…

И вместо салютов тогда
Мы выстрелим пеплом
В того, кто втянул нас в года
Кровавого пекла,
В горящую пропасть, на дно!
А нас не спросили.
И знали мы только одно:
За нами Россия…

Сианислав ЗолотцевНевозможно и сейчас представить Станислава Александровича – отстранившимся, глухим к событиям тех далеких лет затянувшегося и изматывающего распада нашей страны и первых её попыток восстановления. Наоборот, сердце Золотцева бьётся в унисон с сердцем земли русской, и предстает перед нами поэт-боец, поэт-защитник, поэт-совестник («…И просыпаюсь я в слезах стыда…») всея Руси:

Горит огнём Останкинская башня!
А я не в горе: меньше будет лжи…
Куда страшней, что глохнут наши пашни
и ни картошки не родят, ни ржи

—————————————————

Скажи, сынок,
                       за что, за что, за что же
те, кто у вас сегодня во властях,
победу нашу превратили в прах?
Скажи, неужто это – навсегда?!» –
…И просыпаюсь я в слезах стыда

—————————————————

На всем отчаянья печать…
Неужто нет судьбы достойней
нам, русским, чем себя загнать
в братоубийственную бойню?!
…Горит осеннее жнивьё.
…Болит Отечество моё.

Читаешь и понимаешь, что и один в поле все-таки умеет до последнего оставаться воином. И очень часто голос Золотцева настолько отчаянно смел, что пройти, не обмерев перед этой сдержанной яростью и справедливым осуждением, игривой (но не заигрывающей!) метафоричностью было попросту невозможно:  

Деревянный щелкунчик запрыгнул на трон.
И, хотя никогда не носил он корон,
он почуял своим деревянным нутром:
час настал его, звёздный, коронный.
Крошка Цахес, прикинувшись мудрым царём,
повелел нам поверить, что счастлив при нём
будет каждый в державе голодной

                                                                            (2008г.)

Во все времена для русского человека спасением и поддержкой была вера, и что бы ни происходило вокруг – какими бы пожарами ни чадила родная земля, – внутри незримой твердью остается Вера. Да, по-моему, невозможно без неё жить и творить рожденному в России, неважно, какими названиями прикрывают её исконное имя, с любовью вытканное и вложенное в ласковое и вместе с тем гордое великозвучие – Рос-сия:

Не будет последнего дня у России!
Не будет последнего дня!
Последний Иуда на красной осине
удавится в кроне огня

—————————————————

Да не будет последней молитва моя о России.
Да не будет последним последнее слово моё.

***

Навскидку назову всего 3-4 фамилии ярких псковских поэтов (из тех, с кем посчастливилось познакомиться вживую), без остатка вложивших часть своей души, свою личную боль, любовь и сыновнюю преданность в строки о Псковщине, теперь уже и для меня ставшей родной, нашей. Они попросту не умели писать инако и отстранённо. И, конечно же, среди них будет имя Станислава Александровича Золотцева.

Глубоко и нежно пишет Станислав Золотцев и о своих корнях, о самом, наверное, жемчужном и заповедном месте Псковщины – Святогорье, о Пскове, в котором прошло его детство и куда он возвращался всякий раз из любой дальней ли, чужбинной ли стороны. Бесконечной благодарностью и любовью пронизаны сотни строк и каждая – тиха и глубоко исповедальна:

И, прижавшись к ней, слёзы усмиряя,
вижу: стала мне до скончанья дней
мать сыра земля, мать земля сырая –
псковская земля – матушкой моей

Или вот эти строчки стихотворения «Псковщина», ставшие поистине знаменитыми, настолько чутко, искренне и высоко звучит в ней любящее сердце автора:

Сколько новых слов к себе ни кликаю,
а душа всё прежними жива:
вольный витязь Псков, река Великая,
быстрая, плескучая Пскова…

Каждый раз, когда в судьбе морозило,
грел её родных имён огонь:
древний град Изборск, Чудское озеро,
крепость Порхов и река Шелонь…

Хоть корми меня на чистом золоте –
снова уведёт дорожный дым
к ситцевым полям над синью Сороти,
к трём горам, единственно Святым… 

Псковщина стала для Станислава Золотцева не только своеобразным оберегом, свято хранимым в душе: «Как я люблю этот город заснеженным – / вылепленным из столетий седых…», но и «местом силы», где можно отдышаться, залечить раны, воспрянуть духом. И это не пустые слова, собственно, Станислав Александрович и приезжал в Псков всякий раз, когда чувствовал себя замотавшимся или уставшим: 

Меня рябина медом угостила,
И, значит, вновь от суеты и вздора
Душе пора в родные Палестины,
В мои Святые Пушкинские Горы».

Уверена, любой знавший его человек отметит взрывной характер поэта, частую бескомпромиссность, особенно в принципиально важных вопросах, когда Станислав Александрович стоял, что называется, до последнего, не щадя «живота своего», без остатка растворяясь в жестких политических статьях. Понятно, что после таких «стычек и боёв», воспалённых монологов и переживаний человек всякий раз выходит опустошенным.

Братья – сербы, братья – черногорцы,
воины, крестьяне, песнетворцы,
вера нам единая дана —
вас и нас еще спасет она!..

—————————————————

Раздирают в эти дни на части Русь,
кто – налево, кто – направо, кто и к черту!
Ни за тех, ни за других я не молюсь,
и за третьих не молюсь. И за четвёртых

Не мог Золотцев как человек и как поэт равнодушно смотреть и на то, как быстро происходит обесценивание роли, места и ценности поэта в современном обществе. Собственно, и в сегодняшнем дне пренебрежительное отношение к Слову или к литературному труду стало константой, переломить которую пока за редчайшим исключением не удаётся, потому и голос Золотцева по-прежнему жив, и обжигает своей неумолимой очевидностью:

Как страшно видеть, что не нужен
поэт – народу… в час, когда
народ и слаб, и безоружен…
…..

…Поэт – не нужен!
                           Даже медью
ему не платят.
                              В свой черёд
голодной или пьяной смертью –
с народом вместе – он умрёт…

Да, понятие «поэт» и «народ» практически неразделимы, причем, именно поэтам определено Богом и Природой всем сердцем отзываться не только на острые вызовы современности, но и лечить, собирать, «выравнивать» изломанную человеческую душу. И мне этот срез творчества видится самым трудным, даже подвижническим. Потому что такие стихи, «приходящие снова, поистине – как Божий дар», сродни целительным родничкам, к которым тянется не рука, но сердце, в которых слова подобны каплям живой воды и из которых читатель, распознав в себе себя и своё, возвращается в мир светлым, полным сил, благодарности и любви человеком.

А как удивительна и разнопланова золотцевская лирика! Это и «чувственный мир» с тысячей «невзорванных мин», и «спасательный круг»… Звонкая и хрупкая, ненасытная и обжигающая… К ней – хочется припасть, ей – хочется довериться:

Бабье лето, щедрое такое,
подошло, в глазах листвой рябя.
Ты меня касаешься щекою,
ты мне даришь осень и себя

————————————————

Земля моя, печальная, осенняя,
и женщина, которой нет милей –
последнее, туманное спасение
судьбы моей и нежности моей.
———————————————-

В сердце принимаю, как живую воду,
музыку природы и родных сердец.
Мама собирает красную смороду.
Чёрную смороду рвёт седой отец

***

Говоря о себе: «я – лишний человек в литературе…», Станислав Золотцев, тем не менее, утверждает своим творчеством совершенно обратное. Взять хотя бы его литературоведческий (и не только) труд – очерк «Пришел черёд желанный…» о книге «Мадур-Ваза победитель» – книге «заветной», по определению Золотцева, который с первых строк захватывает внимание даже неискушенного и непосвященного в детали читателя, талантливо и ненавязчиво увлекая его за собой в дивный мир загадочных «сказаний и легенд народа манси», населенный богами тайги и тундры.

В материале автора своеобразным, появляющимся «время от времени» рефреном выступает отсылка к тексту «Янгал-маа», воссозданному Михаилом Плотниковым на русском языке. И это понятно, ведь не будь данного текста, не родилась бы и его вольная обработка – «Мадур-Ваза победитель», вдохновенное творение Сергея Клычкова, по мнению Золотцева – «одного из лучших русских поэтов XX столетия». В основу книги положен конфликт между главным властителем мира Тормом и «удельным» богом тайги и тундры Мейкой. И в облике юного гусляра Вазы Золотцев видит некое сходство с русским Садко и древнегреческим Одиссеем, тем самым сближая и даже родня разные персонажи, веры и географии, ибо поэтический слух всегда сильнее и над часто разрушительных «страстей мира», стремясь (скорее интуитивно) сблизить разное, собрать разрозненное, возвысить тихое и, уж казалось бы, утраченное навсегда. 

В одной только этой виртуозно ограненной работе Золотцев предстает перед читателем сразу в нескольких ипостасях – поэт, филолог, лингвист, литературовед (и здесь уместно спросить – а получил ли сей прелюбопытнейший труд достойную оценку современников?)…

Всё же возьму на себя дерзость чуть перефразировать слова Станислава Александровича: «…А потому даже те читатели, кто не имеет особых пристрастий к этнографии и фольклору народов России и мира, но просто любят поэзию, не могут не быть заворожены и очарованы колдовством строк «Янгал-маа», ставших строками поэмы «Мадур-Ваза победитель». Не могут истинные ценители не проникнуться ворожбой страниц, воссозданных С.Клычковым в «Мадур-Вазе победителе», тут в самом деле какую страницу ни открой, встретишь чудо. Чудо мансийского сказания, чудо русского слова чудо земли сибирской и ее людей».

Намеренно не привожу ни одного фрагмента книги – полюбопытствуй, читатель!

***

Мне очень импонируют люди, переживающие за судьбу русского слова, за отношение к нему, которое, в идеале, должно быть бережным, люди, своим примером подтверждающие неравнодушие и заботу о чистоте родного языка, люди, поддерживающие его высоту.

В своей работе «Смеющееся заднее число» Станислав Золотцев размышляет о литературной жизни начала нынешнего тысячелетия, и вот что он пишет: «А тут… не то что леший, сам черт голову сломит, плутая в дебрях «засвойсчетных» или с помощью меценатов-спонсоров-благотворителей выпущенных сборников, брошюрок и толстых томов, утопая в хлябях безвкусицы и безграмотности. И если б речь шла только о книжках дебютантов и дилетантов: там даже «ложить» становится – да не в речи героев, а в авторской – обычным явлением… Однако в последнее время, читая новые вещи, созданные не просто маститыми, но и теми, кого назвать мастером не будет гиперболой, порой ахаешь…».

И ведь в самом деле, тогда, на изломе веков (даже раньше) отечественная литература буквально захлебнулась в лаве около(псевдо)литературщины в самом дурном ее воплощении! И, уверена, охвачен этой бедой был каждой регион страны. «Цензура не цензура, но то, что, по существу, исчез институт опытных и квалифицированных редакторов, да и внимательных рецензентов, – просто бедствие для литературы...» – с горечью пишет Золотцев в начале 2000-х.

На дворе – 2022-й год, львиная доля книг по-прежнему выходит в авторской редакции, с авторскими (далеко не всегда верными) правками; а появление не заказных рецензий – по меркам нашей огромной страны микроскопично. И пока ещё довольно угрожающ процент «раскрепощённых», тех, кто продолжает «смеяться задним числом», тогда как меньшинство остается, по-Золотцеву, ««внутренними эмигрантами» (да можно и не закавычивать, пожалуй), кому не по душе «смех заднего числа». Кто хочет не «поминки устраивать», не хоронить, но порождать хоть что-то, созидать хоть что-то, достойное стать глотком воздуха для душ наших потомков. Что поделать, надо признать: стремление жить так всегда вызывало смех. Но не будь его – от предков вместо великого наследия нам досталось бы одно лишь «заднее число». А не Россия…».

Поймала себя на мысли, что как было бы славно, если бы каждый литератор осознавал степень своей личной ответственности перед русским словом, оруженосцем которого он взялся быть совершенно добровольно, потому что если не от каждого, то почти от каждого (…из действующих лиц советской литреальности. – С.З.) наверняка останется «что-то, ставшее живым фактом российской словесности», а не просто «строчкой или штрихом в ее истории. Хоть один рассказ… хоть одно стихотворение… вдумаемся, разве этого мало? Разве не величайшая это удача – хоть каплей войти в безмерно-космический океан Русского Глагола?».

И я уверена, что ища ответ на этот вопрос, Станислав Александрович, по обыкновению, начинал с себя всякий раз, когда брался писать стихи и прозу, вдохновенно слагая «свою песню, свою голубиную книгу…».

Читатель, ты только вслушайся в это речитативное моно:

Я кладу за камнем камень, я веду за словом слово.
Так мои слагали предки стены башен и былин.
Обожженные веками, в холодах процвёв свинцовых,
тяжелы плодами ветки – свет звенит из сердцевин…

Тогда и разглядит (а, разглядев – поймет) «…потомок, кем были мы, чем жили в эти дни, / какие обжигали нас огни, / кто созидатель был, а кто – подонок…». Потому что только так и переходят, подобно охранной грамоте, – от поколения к поколению – память родовая и память историческая, продлевая и укрепляя свет самой жизни. Вот оно – подвижничество! Вот она – вечная юдоль любого большого поэта. Юдоль потому, что: «Боже, как трудно быть Мастером на Руси!», потому, что это – выбор и крест, судьба и счастье, зыбка и распятие.

***

Для меня навсегда останется без ответа один вопрос: зачем тогда, в теперь уж далеком 2007-м, Станислав Александрович отдал мне (человеку, по сути, малознакомому), совершенно растерявшейся в те минуты и сбитой с толку, – тяжеленный пакет с рукописями своих стихов и будущего романа, несколькими журналами со своими публикациями: «На вот, почитай, посмотри…». Причем, отдал как-то в спешке, впопыхах. И сегодня какие бы я не додумывала ответы, всё будет не то (утешаюсь мыслью, что успела их хотя бы вернуть). Возможный, хоть и навсегда опоздавший ответ на его стихи вызревает внутри до сих пор, и этот материал, наверное, отчасти им и станет.

В одном из стихов Станислава Золотцева есть такие строки:

И всё-таки – меня окликнут снова
на той земле, где начал я житьё.
И с древней честью города родного
сольётся имя древнее моё.

Окликаем, Станислав Александрович, ещё как окликаем. И – помним. И ваше «чести своей никому не отдам» – продолжает звучать голосами новых поколений, почитая и ваше неспокойное, но чистое слово.

 

Испытание временем. Памяти Станислава Золотцева

Испытание временем.
Памяти Станислава Золотцева

Никакой загадки у времени нет. Оно ничего не скрывает. Ни законов, по которым движется, ни событий, ни людей, которых уже нет. Если и могут быть претензии, то исключительно к человеческой памяти. Казалось бы, совсем не малые доли времени — годы, но вот и их память складывает один за другим в стопки и сшивает в жизнь. А потом листает, как страницы прочитанной книги. Какие-то из них быстрым промельком, а на иных вдруг задержится и перечтет… Снова, как и тогда, февраль, снова снежная слякоть… Господи, да ведь пять лет прошло! И откуда они только берутся, эти годы…

Нас познакомил театр. Золотцев — один из немногих псковских литераторов, у кого к театру был особый интерес. Мы постоянно видели его на наших спектаклях, встречались за кулисами. Он писал о театре эмоционально, заинтересованно и, я бы сказал, с сердечным участием. Он защищал театр, когда, случалось, на него нападали радетели сомнительных истин, причем делал это, как всегда, истово, хлестко, беспощадно. Он умел быть восторженным (редкое по нашим временам качество), он не боялся обличать, он никогда не стеснялся своих чувств.

В одной из статей, вошедших потом в двухтомник «Псков, Пушкина 13», изданного стараниями директора театра Валерия Павлова, Золотцев писал: «…Еще один псковский дом, где я чувствую себя своим, — Народный дом. При всех переменах таким он весь минувший век оставался и остается сегодня. В нем — наш псковский драмтеатр, носящий имя А.С.Пушкина. Его зрителем я стал чуть не в младенческие годы — старшие привезли меня из деревни на новогодний спектакль для малышей… С тех пор, хоть и с большими перерывами, я этому театру верен, став нынче уже ветераном его публики. Я прихожу в это здание не только из-за того, что происходит на подмостках. Когда я оказываюсь в зале, совсем небольшом по нынешним временам, — всегда хоть несколько мгновений смотрю на всё теми же глазами, какими полвека назад увидал здесь сказочное действо. И душа жаждет волшебства, таинства, чуда… И случается, это происходит!»

Однажды он изрядно похвалил одну из моих ролей, но долгое время наше общение шло на уровне «привет-привет». Встретившись как-то в дверях филфака пединститута, вышли на улицу, разговорились. Я пригласил его на свою программу по Борису Пастернаку, не очень, впрочем, надеясь, что придет. Но нет, пришел, хотя, как говорил, не считал себя поклонником этого поэта. Но именно Пастернак стал поводом к первому глубокому разговору и началом дружеского общения.

Я знал, что он владеет языками — английским и фарси (потом узнал, что кроме них французским и испанским), но был поражен его познаниями в истории литературы и просто истории, начиная с античной. Причем, познания эти всегда оставались как бы в тени, лишь иногда служа подспорьем в его рассуждениях. Выяснилось, что он знаком с моей работой «Есть ли Бог на сцене?..» об отношениях Церкви и театра. Мы легко — причем, по его инициативе — перешли на «ты», стали захаживать друг к другу, благо — жили недалеко. Потом была подготовка к его 60-летнему юбилею, который и состоялся на сцене Пушкинского в апреле 2007-го и стал, как оказалось, последним его Днем рожденья.

На днях, помня о скорбной дате — пятилетней годовщине ухода Станислава, просматривал свои записи того времени, и нашел записанные после одной из встреч его слова. Помню только, что намеренно записал их как монолог — по памяти и как услышал. Все началось с вопроса, чем же все таки объясняется его, литератора, любовь к театру.

« — Разве можно объяснить любовь? — говорил Станислав. — Будь то любовь к женщине, поэзии, музыке… Словом можно выразить любовь, если она есть, но объяснять, за что любишь, — дело безнадежное. Любое объяснение любви ничего к ней не прибавит и не убавит, никакие доводы и аргументы ни полюбить, ни разлюбить не помогут, они — любовь и доводы — живут в разных плоскостях. Сродни тому, как, если бы возможно было доказательство бытия Бога, не нужна была бы вера. Вера и любовь связаны очень крепко. В детстве веришь в сказку безоговорочно. Вот меня привели первый раз в театр на сказку, и Юрий Пресняков (был у нас такой знаменитый в Пскове актер) стал для меня настоящим сказочником. Но и потом, даже когда узнаёшь о театре и актерах какие-то житейские подробности, вера и любовь не проходят. Тут феномен театра: возраст, когда понимают, что Дед Мороз не настоящий, наступает для всех, но кто-то каждый раз радуется Деду Морозу как впервые, а кто-то навсегда оказывается в скептиках. Думаю, всё дело в том, сохраняет человек в себе творческое начало, которое от рождения — это видно по детям — есть в каждом, или нет. Убежден, что любой человек, в котором творческое начало живо, не может не любить театра».

« — Для меня, как литератора и поэта, поэзия и театр — ветви одного дерева, одного корня. Скажу больше: поэт — лицедей ничуть не меньший, чем актер, а стихи — та же живая ткань поэта, как и роль — актера. Михайловские крестьяне рассказывали, как Пушкин ходил с листами бумаги и громко разговаривал, — это он читал, проигрывал через себя своего «Годунова», «пробуя» его на звук. Творчество — наш общий корень, как корень всему — Творец».

Время испытывает на прочность всё, оставленное человеком на земле, — его слово и дело. Слово и дело Станислава Золотцева проходит испытание с достоинством и не снижая накала строки неистового псковича. Рожденный на Псковской земле и обретший в ней вечный покой, поставил родную Псковщину в «красный» угол всего своего творчества. Плывет нал городом гимн Пскова на слова Золотцева; без его стихов не обходится ни один псковский праздник; его стихи звучат на улицах и площадях, в студенческих аудиториях и библиотечных залах.

Будут их вспоминать и сегодня, 4 февраля, в день его памяти в известной всем псковичам библиотеке «Родник», которая теперь носит его, Станислава Золотцева, имя.

Как прежде, в дивном городе моём
вчерашний век с грядущим не враждует.
И колокол в узорочье литом
вызванивает песню молодую.
В бойницу крепостную посмотрю –
а там, в заречье, в сизом окоёме
везёт телега алую зарю,
и небо глохнет в реактивном громе.
И снова тишь… И в тёмно-золотых
дремучих брёвнах бывшего посада
ушедший век рассохся и затих,
а будущий — галдит в стенах детсада…
Мне верится, что я тут жил всегда,
во все столетья и во все года.
И крепость возводил Довмонту-князю.
И в сад боярский с огольцами лазил. …
В котором веке и в каком году
вдоль берега родного я иду?
И что кружится над рекой Великой –
метелица иль тополиный пух?
…А комары у нас — до белых мух,
и пахнет снег лесною земляникой.
И память дышит, словно сеновал,
разворошённый в зимней непогоде:
 по улицам, сквозь молодёжный шквал,
меня совсем не узнавая вроде,
стареющие женщины проходят,
которых я девчонками знавал…
И память дышит горячо и сладко,
неопалимой свежестью хмеля.
И вдруг я слышу чей-то оклик — «Славка!»
оглядываюсь! Это — не меня.
Нет, не меня… И сединою снега
давно сменился тополиный пух.
И по зиме последняя телега
звенит-летит во весь былинный дух… —
…И всё-таки — меня окликнут снова
на той земле, где начал я житьё.
И с древней честью города родного
сольётся имя древнее моё.

Ст. Золотцев, «Псковские   строки»

 

Виктор Яковлев,
актёр Псковского академического театра драмы
им. А. С. Пушкина

Стартовал VII конкурс чтецов посвящённый творчеству Станислава Золотцева

Стартовал VII конкурс чтецов «А Слово остаётся…»,
посвящённый творчеству писателя
Станислава Золотцева

Конкурс организован библиотекой «Родник» им. С.А. Золотцева МАУК «ЦБС» г. Пскова и  Псковским региональным отделением Союза писателей России и проводится в онлайн-формате, в двух номинациях:
1. «Зажги свое сердце» – лирика Станислава Золотцева;
2. «Сквозь вечность и добро я с вами говорю» – стихи псковских поэтов.

Онлайн-площадкой проведения конкурса станет группа библиотеки «Родник» им. С.А. Золотцева МАУК «ЦБС» г. Пскова в социальной сети ВКонтакте: https://vk.com/rodnikpskov

В конкурсе могут принять участие все желающие старше 12 лет, независимо от места нахождения.

Победители конкурса будут награждены дипломами 1, 2, 3 степени и призами.

Лучшие выступления будут размещены на видеоканале Псковского регионального отделения Союза писателей России «Псковский писатель» https://www.youtube.com/channel/UClnt1-8LzsFqnoTqqxVlNHg?view_as=subscriber

Ознакомится с положением о конкурсе и скачать форму заявки на участие в нём можно по ссылке: https://pskovpisatel.ru/wp-content/uploads/2021/09/Положение.docx

Золотцевские чтения пройдут в Пскове 23 апреля

23 апреля в 17.30
в библиотеке «Родник» им. С. А. Золотцева
пройдут «Золотцевские чтения»

Первая встреча «Станислав Золотцев и его время» посвящена писателю, переводчику, автору текста гимна г. Пскова и тем людям, которые находились рядом с ним. Писатели из Пскова, Новосибирска, Москвы, друзья и единомышленники Станислава Александровича вспомнят о совместном пути, о влиянии его творчества на формирование их мировоззрения. Прозвучат произведения С. А. Золотцева, а также музыкальные композиции, созданные на его стихи.

https://sun9-7.userapi.com/impg/dvUxoKXkX3h9yiWBS5InhQ0YNUI8v_QTph4J_Q/RZEuG31IjmA.jpg?size=960x720&quality=96&sign=48f716f2587127dde888b66e9dc805be&type=album

Информация предоставлена
библиотекой «Родник» им. С.А. Золотцева

(г. Псков, ул. Труда, д. 20)

Станислав Золотцев. Из неопубликованного

21 апреля день рождения
поэта Станислава Золотцева

«Разбирая в очередной раз архив Станислава Александровича, обнаружила большой почтовый конверт с вложенными в него листами бумаги, на которых что-то напечатано. Адресат — Вадим Рахманов, поэт, владелец издательства «Новый ключ». Почему-то его имя в строчке «кому» зачёркнуто, а на конверте крупно написано — Золотцевой Ольге. Когда этот конверт оказался у меня – не помню.
С Вадимом я познакомилась в 2008 году,  когда  он издавал книгу прозы Золотцева «Камышовый кот  Иван Иванович», которую Станислав успел отредактировать, а вот готовую уже не увидел. Все эти годы мы поддерживаем с Вадимом отношения — перезваниваемся, а вот видимся не часто, что, впрочем, для Москвы не удивительно. Просмотрев содержимое конверта, который ему наверняка передавал сам Станислав, я сразу позвонила Вадиму, перечислила ему все тексты. Но он не вспомнил ни о том, как попал к нему конверт, ни как и когда отдал его мне . Не помнит он и то, что было в нём. Да и то — двенадцать лет прошло, как нет Станислава. А там — несколько стихотворений, поэма и первая часть прозаического сочинения «Лавры». Всё датировано 2007 годом. Учитывая, что последняя книга Станислава, изданная к его 60-летию, была подписана к печати 21 января 2007 года, а  напечатанный в 2009 году  сборник духовных стихов «Русская вера» не включает в себя  стихи из конверта, датированные 2007 годом, делаю вывод, что   опубликованы они не были. Вот и решили мы, что отметим день рождения поэта представлением читателям неизвестного из его творческого наследия. Выбрала два стихотворения «Белоночие 2007» и «Вашими молитвами». Позднее —   представим и другие. И вы поймёте, почему не всё сразу. Признаться, я в какой-то момент позволила себе усомниться – а Станислава ли это стихи? Да вы сами это почувствуете. Читатели, знающие творчество русского советского поэта, как жизнеутверждающее, сразу обратят внимание на то, как в конце жизни изменился вектор его поэзии».

Ольга Золотцева

СТАНИСЛАВ ЗОЛОТЦЕВ

БЕЛОНОЧИЕ

Почему словом «ночь» называются эти часы?!
Даже белая – это не ночь.
                   Это женственный призрак.
Невидимка – богиня, своей наготы и красы
от богов не сумевшая спрятать капризных.
И приникла она к небогатой земле северян,
волхованием света верша для неё воздаянье,
чтобы каждый живущий на ней благодарно сверял
 с этим даром небесным и мысли свои, и деянья.

И меня каждым летом по-новому сводит с ума –
в седоглавые годы сильнее, чем в юные годы –
изнутри напоённая солнцем,
                           трепещущая полутьма
меж незримым закатом
                            и тут же возникшим восходом.

Непредвиденно, непредугаданно всё на земле…
И неведомо, что через миг приключится на свете
в этой краткой и зыбкой, колеблющейся полумгле:
ты ещё поживёшь? или канешь в небесные сети?

И превыше свободы, и глубже оно, и мощней,
это странное чувство –
                              что в доме высотном, что в поле.
И от неба до сердца,
                              от сочной листвы до корней –
белоночная воля. Безмерная Высшая воля….

 

ВАШИМИ МОЛИТВАМИ

На излом, на прочность, на разрыв
выверен в трудах, испытан битвами,
вашими молитвами я жив.
жив я  — только вашими молитвами.

Колоски моих духовных нив
злобными вытаптывают ритмами
нелюди…  Но всё-таки я жив
вашими целебными молитвами.

Я передо всеми виноват,
с кем одолевал бугры и рытвины.
…Не был я тебе ни друг, ни брат –
но твоими я спасён молитвами:

и в душе весенних сил прилив,
и под силу мне страданий чаша,
ибо верю, что на свете жив,
если я внемлю молитвам вашим.
В дни, когда Антихрист нашу Русь
обратить пытается в пустыню –
вашими молитвами держусь,
вашими молитвами святыми,

И молю я всех вас об одном –
хоть в одном останьтесь монолитными:
каждый русский – со своим огнём,
Русский свет – лишь с вашими молитвами.

2007, апрель

 

P.S.
«Ольга Николаевна, как чуткий многолетний редактор и организатор работы с литературными текстами, да и как близкий человек, вышла в интуитивных поисках на “нужные” стихи Ст. Александровича. Эти два стихотворения — одни из последних созданий поэта. На мой взгляд, они — поистине прекрасны, при этом,   они  о разном, и, в то же время,  о чём-то одном, главном — и в жизни, и в творчестве поэта.  «Белоночие» — стихи о родине, о том, что связано с любимой псковской землёй. В них вдруг проступает близость Тютчеву — лирику и философу природы. В них — погружение в созерцание белоночного пейзажа, удивительные сравнения и ассоциации, поражающие глубиной и утончённостью переживания красоты. В этих стихах  поэт — не просто преклоняется перед красотой ночной северной земли, он её  идолопоклонник, и её переживание перерастает в страдание — его любовь сильна до изнеможения.   Второе стихотворение “Вашими молитвами”, пожалуй, в этом, смыкается с “Белоночием”. Ольга Николаевна права и в другом. Стихи “Вашими молитвами”  непохожи даже   на остальные стихи последних лет, наполненные горечью, болью, порой  яростным протестом — реакцией на жизненные коллизии того времени. Это стихотворение  наполнено чувством покаяния, жаждой молитвенного очищения, острым осознанием греховности современной жизни, современного человека  и, главное, самого себя. Объединяет же эти два, повторюсь, непохожих по сюжетам стихотворения, поражающее до глубины души — состояние одиночества и тишины,  оцепенения и сосредоточенности на глубокой душевной боли. Ведь в большинстве своих стихов Золотцев — поэт сразу ярким жестом-интонацией обращается к читателю и слушателю. В этих – он, наедине с собой, тихо, устало и нежно говорит со своей страдающей душой. В них — особая интонация, почувствуйте её! Поэт говорит о самом дорогом и важном.

Татьяна Лаптева

Вечер памяти Станислава Золотцева пройдёт в библиотеке «Родник»

21 апреля 2019 года в библиотеке «Родник»
имени Станислава Золотцева

состоится очередная встреча любителей поэзии,
посвящённая памяти писателя.

Вот уже двенадцатый год в этот день псковские литераторы и читатели собираются вместе, чтоб почтить память  Станислава Золотцева, поэта, прозаика, переводчика, литературоведа, критика. 
Псковская земля – малая родина Золотцева. Здесь родились  и жили его предки, здесь родился, рос и взрослел, формировался как поэт, будущий автор гимна города Пскова, города единственно родного для него. Ему, «дивному городу», Станислав Александрович посвятил множество стихов. Часто темой его произведений, и поэтических  и прозаических, становилась псковская земля, места, связанные с именем великого Пушкина, чьё 220-летие со дня рождения будет отмечаться в этом году.
Эти стихи и прозвучат  на  встрече, которой мы дали название «Милая моя Родина…». В ней примут участие член Союза писателей Валерий Мухин, Заслуженный артист РФ Виктор Яковлев, кандидат филологических наук, писатель Татьяна Рыжова, музыковед композитор, дипломант международных и всероссийских конкурсов Татьяна Лаптева, лауреаты I-ого Молодёжного поэтического фестиваля «Зелёное Яблоко – 2019», преподаватель Псковского университета Наталья Пителина.

https://pp.userapi.com/c850024/v850024484/15794e/LNMWhMJDtTE.jpg

Тринадцать улиц Пскова назовут именами писателей

…И всё-таки — меня окликнут снова
на той земле, где начал я житьё.
И с древней честью города родного
сольётся имя древнее моё.
                                 Станислав Золотцев

Как сообщает Псковская лента новостей имена выдающихся личностей, связанных с историей Пскова, будут увековечены в названиях улиц города, такое решение принято 21-й на сессии Псковской городской Думы 6-го созыва  27 марта 2019 года.

Из восемнадцати наименований новых улиц, названия которых рассматривались в ходе сессии, тринадцать — будут названы именами писателей жизнь и творчество которых связаны с Псковской областью – это:

Иван Васильевич Виноградов (1918-1995), журналист, прозаик и поэт, член Союза писателей России, заслуженный работник культуры РСФСР;

Семён Степанович Гейченко (1903-1993), писатель-пушкинист, музейный работник, заслуженный работник культуры РСФСР, Герой Социалистического труда (1983), член Союза писателей России;

Александр Иванович Гусев (1939-2002), поэт, член Союза писателей России;

Станислав Александрович Золотцев (1947-2008), поэт, прозаик, публицист, литературный критик, переводчик, член Союза писателей России, автор гимна города Пскова;

Леонид Федорович Зуров (1902-1971), прозаик, историк, археолог, этнограф, мемуарист, наследник архива Бунина;

Евгений Александрович Изюмов (1926-1990), поэт, журналист, краевед;

Вениамин Александрович Каверин (1902-1989), прозаик, член Союза писателей СССР;

Валентин Павлович Краснопевцев (1933-2003), поэт, прозаик, член Союза писателей России;

Евгений Александрович Маймин (1921-1997), прозаик, литературовед, член Союза писателей России, ветеран Великой Отечественной войны, заслуженный деятель науки Российской Федерации;

Лев Иванович Маляков (1927-2002), прозаик, поэт, член Союза писателей России, ветеран Великой Отечественной войны, заслуженный работник культуры РСФСР;

Евгений Павлович Нечаев (1915-1999), прозаик, член Союза писателей России, ветеран Великой Отечественной войны, Почетный гражданин города Пскова;

Юрий Николаевич Тынянов (1894-1943), русский советский прозаик, поэт, драматург, сценарист, переводчик, литературовед и критик, член Союза писателей СССР;

Александр Николаевич Яхонтов (1820-1890),  русский поэт и переводчик, общественный деятель, директор Псковской классической гимназии, председатель Псковской уездной земской управы.

Мелодии вдохновлённые поэзией в библиотеке «Родник»

https://pp.userapi.com/c851424/v851424432/ad421/fZuFU6Y9qwY.jpg

На вечере композиторы и исполнители г. Пскова – Вера Ланикина, Вячеслав Рахман, Татьяна Лаптева — представят программу, составленную на основе творчества псковских поэтов, которых нет уже с нами. Прозвучат песни на стихи С. Золотцева, В. Савинова, Т. Гореликовой, И. Григорьева, А. Гусева и других известных поэтов.
 
Будем рады видеть вас 15 февраля в 17.3 (ул. Труда, 20).
 
Вход свободный.
 
 
Информация предоставлена библиотекой «Родник» им. С. А. Золотцева

4 февраля день памяти Станислава Золотцева

4 ФЕВРАЛЯ
ДЕНЬ ПАМЯТИ
поэта, прозаика, переводчика, литературного критика,
автора слов гимна города Пскова
Станислава Александровича Золотцева
21.04.1947 – 04.02.2008


Станислав Золотцев
ДУМА

По весенним садам и по летнему тёплому щебню,
по звенящим садам и по талому гиблому льду,
по некошенным травам, которых не сыщешь целебней,
не в последний ли раз, не в последний ли раз я иду…

Не в последний ли раз в этом северном городе древнем,
обнимая родных, я на пыльном перроне стою;
не в последний ли раз я сегодня простился с деревней,
где впервые когда-то увидел я землю свою…

…Наступила пора неотступной и горькой заботы —
вопрошать небеса, и судьбу, и себя самого:
не последний ли год подарил мне медовые соты,
не последний ли день подарил мне своё волшебство?

И повсюду со мной эта жгучая дума слепая
неразрывна теперь, даже в сладком ночном забытьи:
не в последний ли раз я в любви твоей сердце купаю
и устами твоими я губы сжигаю свои?..

И не то чтобы страх мне подумать о вечной разлуке
с белым светом родным, с красным летом и синей зимой, —
но немыслимо больно в годину великой разрухи
самых близких людей оставлять с побирушной сумой…

Я сложил свою песню, свою голубиную книгу,
и не страшно уйти, нет, не страшно — да только невмочь,
обрывая судьбу, сознавать до последнего мига,
что без крова и хлеба останутся мама и дочь.

И под кровом небес, под седым серебром журавлиным
будут гибнуть и гнить золотые литые хлеба,
и завоет безлюдье по русским заглохшим долинам,
и уже не спасёт города от бесхлебья изба.

…А в великой стране, что когда-то Святой величалась,
чужеземцы в святынях пируют и пляшут уже!
…Вот поэтому мне давят горло и горечь, и жалость,
и последнего мига болит ожиданье в душе.

Даже если в душе, словно в праздник престольный к обедне,
светлый благовест льётся, и солнце восходит в зенит, —
никуда не уйти от предчувствий, что это — последний
вольный голос удачи — последний, последний звенит!

И уже никогда не вдыхать сумасшедшую волю
и слепящую радость работы, любви и гульбы,
и не корчиться в муках от самой неистовой боли,
и по-русски от гнева уже не сорваться с резьбы…

Как тревожно и горестно, как тяжело и печально
покидать беззащитными тех, что любили меня.
…Да не станет строка моя новая словом прощальным:
ведь прощанье с прощеньем созвучны — да все ж не родня.

Да воскреснет земля, где живут мои люди родные.
Да не сгинут святыни, и грады, и веси её.
Да не будет последней молитва моя о России.
Да не будет последним последнее слово моё.

Литературно-краеведческая конференция «Станислав Золотцев. Сопричастность истории»

Библиотека «Родник» им. С.А. Золотцева
при поддержке Управления культуры и Управления образования Администрации г. Пскова
23 ноября 2017 года проводит XII литературно-краеведческую конференцию
«Станислав Золотцев.
Сопричастность истории»
,

приуроченную к 70–летию со дня рождения писателя,
поэта, переводчика, публициста, автора гимна г. Пскова.

За 30 с лишним лет профессиональной деятельности С. А. Золотцев выпустил 25 книг стихотворений, несколько книг прозы и три книги литературных исследований. Его перу принадлежат более 20 книг переводов из поэзии Востока и Запада. Поэзия Золотцева любима многими псковичами. Его стихи, проза и переводы являются предметом исследований и в наши дни.
К участию в конференции приглашаются педагоги, библиотекари, сотрудники музеев, писатели, краеведы, студенты, учащиеся школ города.

Конференция пройдет в библиотеке «Родник» им. С.А. Золотцева
по адресу: г. Псков, ул. Труда, д. 20. Начало в 14 часов.

Контактная информация: тел. 72–43–23Лушкина Ирина Владимировна.

 

Примерная программа выступлений:

1. «Соловей Синичьей горы» (видеозапись) —
Степанов В.Я., поэт, прозаик, член Союза писателей России, г. Москва.

2. «Любите ли вы английский так, как любил его Золотцев?»
Лаптева Т. А.
, член Союза композиторов России, преподаватель Псковского колледжа искусств им. Н. Римского – Корсакова, г. Псков

3. «Заметки о творчестве Станислава Золотцева» ( видеозапись) –
Евсюков А.В.
, писатель, г. Москва.

4. «Сказка о поэте» (Эссе И. Шевелёвой о стихотворении «Двойное Солнце) —
Золотцева О.Н., заслуженный работник культуры РФ, г. Москва

5. «Рассуждения о стихотворении «Два коня»
Савинов В. Б., поэт, прозаик, г. Псков.

6. «Творчество и гражданская позиция Станислава Золотцева» —
Сергеева В.М., 
поэт, член Союза писателей России.

7. «Россия читает Золотцева»
Лушкина И.В.
, зав. библиотекойбиблиотекой им. С. А. Золотцева МАУК «ЦБС» г. Пскова.

 

Информация предоставлена библиотекой  «Родник» им. С.А. Золотцева

Любите ли вы английский так, как любил его Станислав Золотцев?

Памяти поэта.
К 70-летию Станислава Золотцева.

Любите ли вы английский так,
как любил его Станислав Золотцев?

Холодной весной нынешнего, 2017 года в Пскове, в Москве, в Твери и, возможно, в других городах России тепло отмечалось семидесятилетие поэта и писателя Станислава Золотцева. Десять лет назад празднование 60-десятилетия стало в Пскове заметным и торжественным событием. Оно состоялось в Псковском академическом театре. На следующий год поэт ушёл из жизни, не дожив до своего 61- летия.
Всё это время, все эти десять лет друзья, родные, почитатели таланта, псковские писатели – собратья по цеху, — городская и областная власть общими усилиями многое делали, чтобы не угасла память о поэте. Одна из крупнейших библиотек города — «Родник» — стала библиотекой им. Ст. Золотцева. Там 21 апреля, в день рождения писателя и состоялся вечер памяти.
Вечер был задуман, прежде всего, как разговор о многогранном творчестве писателя, поэта, публициста и эссеиста. Звучали стихи, проза, музыкальные произведения на стихи, воспоминания о поэте и размышления о нём и его творческой судьбе. За прошедшие годы впервые в Москве и в Пскове была издана его проза в книжном формате: романы, эссе, рассказы. Недавно в Москве вышла книга переводов с английского крупнейшего валлийского поэта Дилана Томаса, куда вошёл и блок переводов Станислава Золотцева. Уже в этом году в Москве издана книга «Друзей моих ушедших имена». В ней очерк о С. Золотцеве и его стихи производят, возможно, наиболее яркое впечатление.
Вечер памяти в библиотеке «Родник» убедил собравшихся в том, что любовь к творчеству писателя объединила за эти годы людей разных поколений. Среди выступавших были те, кого связывала с поэтом творческая дружба ещё при жизни, и те, кто познакомился с поэзией Золотцева и заинтересовался ею лишь в последние годы. Состоялись музыкальные премьеры — романсы и песни, созданные специально к этому событию.
Одним из самых интересных моментов вечера стало представление книги переводов стихотворений Станислава Золотцева. Книгу представила автор Татьяна Семёновна Рыжова, член Союза писателей России, кандидат филологических наук. Книга, созданная ею, называется «Сады грядущих дней». Это небольшое по формату издание, с обложкой, оформленной видом цветущего вишневого сада, содержит чуть больше сорока стихотворений Станислава Золотцева. Эту книгу, несомненно, приятно даже просто прочитать, как — избранное из богатой и разнообразной по жанрам поэзии любимого многими автора.
Но привлекает, прежде всего, оригинальный и, в своём роде, смелый замысел. Татьяна Рыжова выступает, по сути, как соавтор. Основная часть стихотворений сопровождается переводами на английский язык, сделанными самой Татьяной Семёновной. Первоначальной была идея осуществить ряд переводов, охватив самые разные по содержанию стихи поэта. Вдохновили её на этот кропотливый труд и, можно сказать, творческий подвиг знакомство с поэтом и беседы с ним о роли переводов в судьбе поэзии. Татьяна Семёновна с первых минут общения прониклась впечатлением, насколько С. Золотцев увлечён английским языком, не только как переводчик, получивший профессиональное образование, но, прежде всего, как поэт, стремящийся овладеть мастерством стихосложения через характер разных языков.

Татьяна Рыжова

Переводы на английский язык, сделанные Татьяной Семёновной привлекают мастерством, тонкой проработкой, стремлением точными штрихами уловить соответствие образов и смыслов в оригинале и переводе. Невольно восхищает целеустремлённость автора переводов в попытке охватить разножанровое многообразие стихов Станислава Золотцева – от любовной и исповедальной лирики до псковских пейзажей или гневной публицистики.
В процессе работы проект обогатился. Татьяне Семёновне удалось включить в книгу предложенные ей из архива поэта собственные переводы Ст. Золотцева своих стихов, до нашего времени практически неизвестные, среди них, прежде всего — «Два коня», «Время падающих стен» и др. Это дало возможность сравнить творческие переводческие манеры и приходится признать очевидное — насколько они разные.

В переводах Т.С. чувствуется высокое уважение к автору русских оригиналов, тщательная работа над поиском аналогов – образов, вплоть до сохранения содержания строфы, словом, чувствуется двойной труд – автора и редактора. В переводах самого Золотцева процесс работы над темой стихотворения как будто начинается заново, с чистого листа, и автор бросается в эту работу бесстрашно и дерзко, как в бурный поток. Он стремится найти музыку другого, но тоже родного языка. Поверьте, читать и сравнивать это — очень интересно.
Особый трепет и волнение вызвали результаты работы Т.С. Рыжовой ещё над одним разделом книги. В него вошли её переводы на русский язык сонетов, которые были созданы поэтом в последние годы жизни (2004-2007). Они были написаны изначально на английском языке и предназначены для чтения — на английском. Характер чувств, в них запечатлённый, нашёл, по мысли автора, своё выражение именно на английском. Татьяна Семёновна, опытный переводчик и поэт, с увлечением взялась за эту новую, незапланированную работу, и вот – в книге представлены «свежеиспечённые» переводы сонетов. Хотя, прежде всего, приходит сравнение с сонетами Шекспира и переводами Маршака, но образы и характер выражения лирических чувств настолько типичны для Золотцева – лирика, что в очередной раз наслаждаешься «общением» с поэзией любимого автора, отдавая дань уважения автору переводов на русский язык, той деликатности и корректности, с которыми они сделаны.
Публикация этих англоязычных опытов Станислава Золотцева, несомненно, открывает широкие возможности для продолжения работы над их переводами. Уже на презентации книги «Сады грядущих дней» в литературной гостиной параллелью к переводам Т.С. прозвучали переводы студентки колледжа искусств З. Слободзян, также получившие одобрение писательской аудитории. Переводы стихов Золотцева, как на русский, так и на английский – это увлекательный путь для постижения его поэтического стиля и – продолжение жизни его замечательных стихов.

Татьяна Лаптева,
Член СК России, преподаватель колледжа искусств,
член МАПП

Июнь 2017, Псков.