Кара ордынская

На Руси были ставлены твердо
Деревянные города,
Были русичи сильно гордыми,
А потом налетела орда.

Были храмы такими белыми,
Были светлыми терема.
Что ж такого то плохо сделали?
За какие грехи эта тьма?

Изукрашена, изузорена
Русь стояла по берегам,
А потом была опозорена
И к монгольским легла ногам.

Были косы цвета пшеницы
И небесными очи были.
Вороньё поклевало глазницы.
Изнасиловали и убили.

Те, которые уцелели
По дремучим лесам разбрелись.
На Руси тогда, в самом деле,
Еле-еле теплилась жизнь.

Поднимались не скоро, с болью,
По дорогам бродили нищими.
За свободу платили кровью,
Обживались на пепелищах.

За какие грехи эти кары?
Ох, как трудно понять и принять.
Отступили монголы, татары.
Позабудем, вернутся опять.

Допетровская Русь

Допетровская Русь чин по чину
От веселья и до кручины,
От говенья и до поста
Немудрёна, проста и чиста.

Век семнадцатый за лесами
С образами да с чудесами.
Русь сермяжная за погостом
Долго тянутся дни и вёрсты.

Вот и в тереме девка томиться
И опять ночью будет молиться.
Всё о суженом жарко просит.
Глядь, на улице снова осень.

Мокнет золото куполов.
Подбери повыше подол,
Возвращаясь от церкви к дому.
Грязь повсюду, сено-солома.

Но зато уж зима хороша.
Отдыхай от заботы душа.
Просидеть бы весь век на печи,
Да кончаются калачи.

Русь обжорная, мясопустная,
Каша пшённая, щи капустные.
Пироги, расстегаи, блины.
Пятый угол, четыре стены.

В избах тусклый свет от лучины,
Над окном висит паутина.
По всему видать тишь да гладь —
Только крестиком вышивать.

Чем жила допетровская Русь?
Рассказать обо всём не берусь.
Да, была и темна и убога,
И как свечка сгорела пред Богом.

Тринадцатый год

Июнь. Жара. Бульвар столичный.
В тени деревьев променад.
Благопристойно и прилично
Всего лишь сотню лет назад.

С детьми гуляют гувернантки,
А дам выводят кавалеры.
От лип цветущих воздух сладкий.
Так хорошо! Сверх всякой меры.

Шарманщик с обезьянкой резвой
Начнёт мелодию играть,
И офицер слегка нетрезвый
Судьбу захочет угадать.

Лотошник продаёт баранки,
Пьют гимназистки лимонад,
Билетик тащит обезьянка
Всего лишь сотню лет назад.

А что в билетике? Конечно,
Роман с прекрасной незнакомкой.
На самом деле этот грешный
Убит в Галиции осколком.

Одну из гувернанток этих
На спирт сменяет матросня.
Внезапно повзрослеют дети,
Когда родителей казнят.

И гимназисток разбросает
Одну в Харбин, другую в Пермь.
Нет, ничего не угадает
Та обезьянка – глупый зверь.

Вот и теперь жара, столица,
Тринадцатый счастливый год,
А что там, в будущем, случится
Никто не знает наперёд…

Древний город над Великою рекой

Древний город над Великою рекой
Мирно дремлет – далеко ушла гроза.
Охраняет этот благостный покой
Небо — светлое, как Ольгины глаза.

Русским духом всем мы живы испокон,
Дух и вера – две подмоги, два крыла.
Александр смотрит ласково с икон
А над Троицей, как шлемы, купола.

Здесь в садах, за тёмным кружевом оград
Церкви Божии скрываются в тиши.
Древность русская твоя – заветный клад,
Что храним на самом донышке души.

Сколько войн на протяжении веков
Пережил ты и пощады не просил.
Это рок твой, Господин великий Псков, —
Быть оплотом и защитою Руси.

Ода Пскову

Сколько лет нас питала вода из твоих родников,
Храбрый воин, века охранявший Руси пограничье!
Ныне кланяюсь земно тебе, о, прославленный Псков,
И героев безвестных твоих воспеваю величье.

Город славный, ты миром дышал от войны до войны –
Руки дедовы помнят всё больше мечи, не орала.
Святость русского мира, преданья седой старины
Рать твоя от коварных врагов столько раз защищала.

Над полями в багряных углях догоревшей зари
До сих пор предстают перед взором чудные виденья:
Как бесстрашно на битву с фашистами шли скобари,
Как неистовы воины были на поле сраженья.

Им ли смерти бояться, коль ты за спиною стоял?!
Страх не ведом мужам, что с рождения вскормлены Псковом.
Александр вещим словом о правде их благословлял,
Богородица чистым своим укрывала покровом.

Вольных рек синева и полей необъятная ширь —
В поволоке тумана земля, словно в ризе венчальной…
Будь же славен в веках, город воинов, Псков-богатырь,
Что всегда был щитом-оберегом Руси Изначальной.

Будь славна, Псковская земля!

Будь славна, Псковская земля!
Как главы повести старинной,
Лежат пути через поля
В великий град Руси былинной.

Куда не кинь пытливый взор –
С земли воспетой Святогорской,
От куполов святых Печор
До древней крепости Изборской,

В воде двенадцати ключей,
В огромном небе с облаками
Струится память, как ручей,
Не иссякаемый веками.

Везде – наш вольный русских дух,
В боях его стяжали деды.
Но мы, увы, не славим вслух
Отцов минувшие победы.

Забыли. Всё пошло не так,
И оттого нам тяжко ныне:
Беда Отчизны – верный знак
Вернуть отцовские святыни.

Разрушив цепи злобной тьмы,
Душой за Родину радея,
Опять на сечу мчимся мы
Разить тиранов и злодеев.

Не бойся всех земных дорог —
Над смертью можно лишь смеяться.
Ты помнишь, русич? С нами Бог!
Так нам ли чёрта убояться?!