Евгения Гусева

ГУСЕВА
Евгения Викторовна

Поэт, член Союза писателей. Родилась в г. Пскове.  Окончила среднюю школу №18 г. Пскова, в 1981г. Окончила СпбГЭТУ(ЛЭТИ) им. Ульянова (Ленина). Работала программистом в г. Вологде, в г. Пскове, бухгалтером в банке Пскова. Стихи пишет с юности. Публиковалась в коллективных сборниках, в альманахах «Скобари».
В 2017 г. вышел первый авторский сборник » Острова надежды», в 2020 г. — второй сборник «Зелёный ветер».

ИНТЕРНЕТ-СТРАНИЦЫ

На сайте Стихи.ру

На Псковском литературном портале

В социальной сети ВКонтакте

 

 

ТАЙНЫ НИКАНДРОВОЙ ПУСТЫНИ

Где-то около дебрей Никандровских
Затерялся прабабушкин дом.
Он манит горожанку заправскую
И приходит ко мне тихим сном.

Под раскидистой елью шатровою,
Подпирающей купол небес,
Что таишь ты за дверью тесовою,
За окошком, смотрящимся в лес.

Вспыхнет свет, и избушка заветная
Озарится чудесным огнем.
Там за шторкою дверь незаметная –
В тишину с лёгким сердцем войдем.

Все, что время надежно припрятало,
Чему, кажется, и не бывать,
В свете воображенья богатого
Я попробую здесь отыскать.

Стол дубовый и лавки затейливы –
Были предки мои мастера.
Пироги в русской печке затеяны,
На окне огоньками – герань.

Под расшитым, искусно  украшенным
Рушником – лики древних икон,
И в лампадке горит непогашенный
Вопреки всем невзгодам огонь.

Ткацкий став у окошка восточного
Со льняным домотканым  холстом,
Колыбелька лоскутная прочная
Под беленым парит потолком.

Будто только что вышли хозяева –
Жизнь полна и забот и хлопот.
Дом плывет в предзакатное марево,
Тихо в ходиках время идет.

И  над всем голубком повивается
Дух нетленной седой старины.
Малой родиной и называется
То, что в сердце сберечь мы должны.

 

СНИТСЯ МНЕ ПОЛЕ

Снится мне поле, заветное, давнее,-
Дивный, особенный край,-
Всё в клеверах, и – пушисто-забавное,
Хочешь, — в венок собирай.

Можешь упасть в эти травы душистые,
В яркий цветастый ковёр,-
Мягко спружинят,  поддержат и выстоят,
Небо раскроет простор.

Выси бездонные, тучки-барашики,
Синь, бесконечность, мечта,
И отлетит всё пустяшное, зряшное,-
Мелочная суета.

Воздухом вольным дыши – не надышишься,
Сердцу легко без забот.
Жаль, это – сон, но на памяти вышито
Место, где счастье живёт.

 

В КАНУН СРЕТЕНЬЯ

Сегодня небо ясно
И дышит синевой,
Февраль шатёр атласный
Раскрыл над головой.

Ещё ажурной шалью
Окутан белый сад,
Но без былой печали
Деревья  ввысь глядят.

Коль перламутром серым
Укроется лазурь,
Надеемся и верим:
Проходит время бурь.

Метели и бураны,
И стужа, и снега,-
На дальние поляны
Прочь, к стылым берегам!

По Сретенью томится
Озябшая земля,
Веснянка райской птицей
Уже звенит в полях.

 

ДОЖДЬ В СОСНОВОМ БОРУ

А дождь идёт не прекращаясь,
И сосны высятся во мгле.
Янтарные стволы лучами
Простёрлись от небес – к земле.

Чтоб где-то там, в небесных далях,
В заоблачных лазурных снах,
Рассеялись следы печали
В душистых ветках – кружевах.

Пусть по земле грохочут капли,
Но на сыпучих берегах
В песок уходит всё, не так ли?-
И Время прячется в корнях.

 

ОТКРОВЕНИЯ АВГУСТА

День прощальных жарких откровений,
Август, лета звёздчатый сапфир,
Засиял, — без малых дуновений
Вспыхнул, точно новенький потир.

В маленькой кафешке, что у речки,
Чуть колышется «маркизы» сень.
Мой пломбирный шар недолговечный
Тает, не спасает даже тень.

Слушаю, ничем не отвлекаясь,
Мудрый, жизнь познавший саксофон,
И мне кажется, что поздний август
Вместе с саксофоном был рождён.

Золотые бархатные ноты,
Солнечные блики ходят в такт,
Лаской полусна – полудремоты
Обволакивают каждый шаг.

Вечер налетает незаметно,
Чуть густеет речки синева.
Вычурною рамкою багетной
Обрамляют август дерева.

В кронах их, вполне ещё зелёных,
Будто бы сединкой – жёлтый лист.
На челе высоком небосклона
Розовые звёздочки зажглись…

 

ТРИ СВЕЧИ

Поставили три храма псковичи,
Вернувшись от трудов в первопрестольной.
Три песни, три голубки, три свечи
Град осветили гордо и достойно.

Истаяли в столетьях имена,
Но не померкнет память о прекрасном.
Сменились поколенья, времена –
Над красотой лета и мрак не властны!

Богоявленья церковь вознеслась
По-над Псковой, Георгий – над Великой,
Варлам Хутынский – кружевная вязь!
Изящны, и стройны, и белолики.

Коль будете вы в городе моём,
То поклонитесь гениальным зодчим.
И храмов величавый окоём
В сердца вольётся неизбывной мощью!               

УКРОМНЫЙ УГОЛОК

Земли родной укромный уголок,
Где свет небес невыразимо синий,
Как трепетный и хрупкий мотылёк
В полях бескрайних матушки России.

Где взять мне слов, чтобы спасти — сберечь,
Укрыть от бед, вдохнуть былую силу,
Вернуть почти утраченную речь,-
Тот говор псковский, самобытный, милый?

Какую песню надобно сложить,
Запечатлеть в мелодии надолго,
Чтоб те, кто даже после будут жить,
Могли бы запись снять с ближайшей полки?

Внимать родному, вслушаться в слова,
Понять, сберечь, преумножать на счастье,
Хранить в душе, как чудо-кружева,
Вплетая в речь, — тогда и враг невластен!

 

НАД ГОРОДОМ

Мы с тобою сегодня вдвоём
На пороге весны, и нам грезится:
Небо рядом, и в синий проём
Можно просто подняться по лестнице.

По-над городом свет разлился,
Мы, вскарабкавшись в дальние выси,
Убедимся, что родина вся –
Лишь ковчежец в безбрежности мыслей.

Как задумаем, так и плывёт,
Только чаще – штормит и бросает:
То пургою реформ заметёт,
То – в печалях людских утопает.

Если любишь, — легко отдаёшь
И тепло, и заботу, и силы,
Сбережёшь, преумножишь, найдёшь
Всё и вся для земли нашей милой.

Только ты оставайся такой,-
В зеркалах отражайся озёрных,
Проплывай над Великой-рекой
Всё под сенью церквей рукотворных.

Пусть неярок пейзаж, но туман
Поднимаясь, откроет просторы,-
Колыбель неизбывных славян,
Древний Псков, наш с тобой славный город.

 

ВОЗДУШНЫЙ ГОРОД

Благолепие зимы,
Снежно-белое мерцанье.
Из  пушистой  кутерьмы
Серебристое сиянье.

Нарядился город мой
В эти зыбкие одежды
И вознёсся над землёй
На седых крылах надежды.

Снится храмам и домам,
Будто лебединой стаей
Воспарили к небесам,
Притяженье презирая.

Натянулись тетивой
Две излучины речные:
Над Великой и Псковой
Храмы реют вековые.

Дивный Троицкий Собор
Озарил свечой зажженной
Мир – Загадочный Узор,
В моём сердце отражённый.

 

О ПАВЛИНАХ. К ЯПОНСКОЙ ЖИВОПИСИ

Многоцветными перьями ясными
Всеми красками радуг горя,
Эти птицы цветами прекрасными
Распускаются в тёплых краях.

Ведь не зря говорится, что павою
Выступает сударыня – стать,
Про походку её величавую,
Что и царственной можно назвать.

В дни сурово – морозные зимние,
Уж, простите, павлинья родня,    
Воробьи и синицы родимые
Всё же краше, милей для меня.

 

РУССКИЙ РОМАНС

Что краше русского романса
И что – душевнее его?
В нём жизни смысл и, может статься,
Судьбы решение само.

Да, здесь таинственные силы:
Отчаянье, надежда, страх,-
Как эти звуки сердцу милы,-
Что мёд цветочный на устах!

Акации душистой гроздья,
Свиданье на брегах Невы,
Ямщик, летящий в ночь морозну,
Да вздох: так это были Вы?..

Звенит гитары голос томный,
И пламя тонкое свечи
Трепещет этой ночью темной,-
Так пой, мой ангел, не молчи!

 

ЗЕМЛЯНИЧНОЕ ВАРЕНЬЕ

Кипел июль, духмяный и румяный,
Ласкал теплом несбыточных надежд.
Величиной отнюдь не постоянной
Клонилось лето в дательный падеж:

Давало щедро ягодных рассветов,
Дарило губ малиновый ликёр,
Звенело песней на опушке где-то –
Там тлел между палатками костёр.

И уплывало у меня варенье,
Настаивая воздух, как крюшон
На земляничном духе, а спасеньем
От сладких волн был поцелуй, как сон…