Архив метки: Открытая номинация

Стихи лауреатов. Светлана Размыслович

СВЕТЛАНА РАЗМЫСЛОВИЧ
г. Великие Луки Псковской области

Первое место
в «Открытой номинации» поэтического конкурса
«Словенское поле — 2018»

ДУЛАГ-100

Кому дано — с того и спросится,
Тому и время — не в зачёт.
Лежит дорога мироносицей
Да память речкою течёт

Туда, где зной окутан рощами,
Курган, как прежде, стыл и наг.
Кому — победный марш на площади,
Кому — покой, а мне — ДУЛАГ.

Вот здесь, в подножии у Порхова —
Колючей проволоки ряд.
Со страшных дней сорок четвёртого
Глаза запавшие воззрят

Из обелиска твердокаменно.
Ни стонов в них и ни разлук.
На пол бетонный в душных камерах
Уходит жизнь из слабых рук.

Поэту — правда, нищим — подати,
Героям — память, верным — рать.
Не лги, что в рвах от безысходности
Не страшно было умирать.

Не верь, что полохом* не маяться,
Хоть вдовье дело — не моё.
Да не кружилось бы над памятью,
Почуяв падаль, вороньё.

Мне б закричать, но голос хриплостью
Застрял в словах, как в горле ком.
Я опущусь под старой липою
К земле распятой. А потом

Пойму: дано нам, значит — спросится!
Пусть чёрным птицам невдомёк,
Стоит Россия — мироносицей —
От слова «Мир» до слова «Бог»…

*Полох — тревога

 

МАЛЬЧИК, КОТОРОМУ Я — НИКТО…

Свет от проектора белым лучом в дыму
Выхватил резко из хмурых времён виток:
Сорок шестой. Сиротливо глядит во тьму
Маленький мальчик, которому я — никто.

Стены убогие, голодь, да печь в углу
Теплится еле — не ссохлась ещё кора.
Кукла тряпичная — памятью — на полу,
Сколки брони, принесённые со двора.

Шорты на лямках — из детства последний штрих,
Все остальные затёрла вчера война.
Вечер, бомбёжки вспомнив, во мгле притих,
После страданий вздыхала в тиши страна.

Чудом спасённый от смерти в деревне той,
Ждёт маму с папой, в ладони уткнув лицо,
Веря везению так, как любой другой,
Маленький мальчик, которому мир — никто…

Не было б вёсен — не стало б в миру и лет,
Жизнь обретала на счастье свои права.
Время бежало, эпохи менял поэт
В строках своих. Только боль до сих пор жива.

Брошенных отроду скольких ещё сынов
Корни обрублены в нежном живом ростке?
Маленький мальчик всё также смотрел в окно,
Звёзды считал, одинокий в своей тоске.

Комната светлая, сытость, тепло, уход,
Игры вечерние. Только слыхала я:
Стыни осенние ходят из года в год
В душах детей, от каких отреклась семья.

Минули войны, тревоги, разрухи, век.
А в мониторе, как прежней беды виток —
Ждёт маму с папой, времён замедляя бег,
Маленький мальчик, которому мир — никто…

 

МОЯ ИСТОРИЯ

В перелески стекают росы,
Воздух чист, и рассвет соснов.

Нынче бабушка смотрит косо
На осеннюю рябь костров.
А бывало — пойдет к оврагу,
Скинет плат, и, как даль, боса,
Набирает в пригоршню ягод.
По спине разлилась коса.
По заранью струится полдень,
По высокому небу — тишь.
Обернулась бы я. И чтобы…
Голосок незнакомый:
— Слышь, ты чего тут расселась, тётя?
Здесь мы с батькой кладём укос…
Мальчуган — весь в отца — в работе,
И соломенный цвет волос
Точным смыслом ложится в душу.
И, морщины стерев с лица,
Строчка звонкая станет глуше,
А история — без конца.

Вдоль оврага спустилась осень,
Колет в сердце времён жнивьё.
Нынче бабушка смотрит просто —
Уродилась бы я в неё.

Уж к зиме выцветает небо,
Оседая на дне лесов.
По наследству достались мне бы
Воздух чист и рассвет соснов.


Перейти на страницу с итогами конкурсов, проведённых в рамках фестиваля

Стихи лауреатов. Андрей Теддер

АНДРЕЙ ТЕДДЕР
г. Гдов Псковской области

Третье место
в «Открытой номинации» поэтического конкурса
«Словенское поле — 2018»

* *  *

Какой бы исторический сюжет
Взять в качестве подкорма вдохновенью,
Чтобы жюри одно из первых мест
Дало мне без особого сомненья?
Сороковые? Нет, я не осмелюсь.
Ещё кровоточит, не до веселья.
Полтавскую викторию Петра?
А может быть, презреть величье битвы,
И написать, как соловьи с утра
Поют своё подобие молитвы…

* *  *

Жили три старухи на селе.
Жили-были, беды бедовали,
Квашеной капусте на столе
Радовались искренне, бывало.

Комарихе – восемьдесят два.
Муж бил смертным боем, сын уехал.
Раз в два года денег на дрова
Присылал, да письмецо в утеху.
Митрофаниха едва жива,
Но на грядках – огурцы рядами.
Вдоль забора скошена трава,
Вымыт пол в избе под образами.
Третья и совсем не помнит год.
Мать родила девку в чистом поле.
Взвыл под облаками самолёт,
Вытолкнув младенчика на волю.

Обожаю этих женщин взгляд.
Ласковый, прощающий невзгоды.
Похоронки на троих лежат
У Петровны на резном комоде.

* *  *

Мой город умирает не спеша,
С молитвой покаянной на устах.
Без суеты, истерики, стенаний…

К чему они? Всё прошлое – в былом,
А будущее знать дано немногим.
Уже давно мальчишки босиком
Не мерят вёрсты на лесных дорогах.

Мой город умирает. Чья вина.
Что крепостные стены стали ниже?
Я знаю только, что, случись война,
Мы вновь пройдём Европу до Парижа.


Перейти на страницу с итогами конкурсов, проведённых в рамках фестиваля

Стихи лауреатов. Ольга Тоболенская

ОЛЬГА ТОБОЛЕНСКАЯ
п. Пушкинские Горы Псковской области

Третье место
в «Открытой номинации» поэтического конкурса
«Словенское поле — 2018»

ВНЕ ЛЕТОПИСИ

Узорочье буквиц… в них память о древних веках,
Мужах благородных, деяньях великих и войнах.
Шум ратных полей не смолкает в старинных речах,
И слава злодеев живёт в них, и слава достойных.
Напитаны кровью слова летописных страниц.
Но жизнь, отсечённая скупо суровым их кроем, —
Как вид, различимый сквозь прорези узких бойниц,
Что ширью незримо развёрнут за толстой стеною.
И там, на просторе, не звон кровожадных мечей,
А звон бубенцов по дороге пылящего стада.
И дым — не пожарищ, а добрых кормилиц-печей,
Тепло очагов — колыбелей семейного лада.
Там крик петушиный, и лай добродушных щенят,
Там запахи дёгтя и свежей осиновой стружки.
Стучат топоры, и рубанки со свистом скользят,
Скрипят на крючках коромысла ведёрные дужки.
Там белят холсты, расстилая под росы к утру,
Оладьи пекут с толокном и лущат чечевицу,
Из шерсти сосновой целебные нити прядут:
В ненастную пору всегда от ломоты сгодится.
До света встают, под малиновки сладкий напев
По мокрому лугу идут на косьбу спозаранок,
В шершавой ладони полынный вершок растерев,
Тот запах вдыхают её — горьковато-травяный.
Чащобы теснят, наступая сохой и огнём
На лес, изобильный и зверем, и мёдом с черникой,
За каждую пядь уцепившийся намертво пнём, —
Он так не сдаётся, грозящий, дремучий и дикий.
Хоть труд безымянный — не подвиг для гусельных струн,
Но хлеб, что там сеют, — то пращур ведь нашего хлеба!
Безвестные люди следят за рождением лун,
Все те, без кого ни один бы рождён из нас не был.


Перейти на страницу с итогами конкурсов, проведённых в рамках фестиваля

Стихи лауреатов. Сергей Еромирцев

Первое место
в «Открытой номинации»
поэтического конкурса
«Словенское поле — 2017»

Сергей Еромирцев

г. Санкт Петербург

Дом

Дом слышал всё. Вечернюю молитву.
И голос хриплый пьяного отца,
Дрожащего, с притупленною бритвой,
Не видящего в зеркале лица.

Он слышал шёпот ветра в тополях,
И на реке предутренние плески.
Надсадный зуд пузатого шмеля
В тяжёлой паутине занавески.

Дом жизнь хранил. Потрёпанный годами.
Глаза больные ставнями прикрыв,
Он мир непрочный подпирал стенами,
Фундамент в землю русскую зарыв.

Смелела мышь,точила половицы,
И галки поселились на трубе.
Давненько не варили чечевицы
В покинутой потомками избе.

Дом позабыл весёлый голос мамин,
В её кровати дремлет тишина.
Он незаметно стал воспоминаньем,
Обрывком недосмотренного сна.

Но он всё ждал, подслеповато щурясь,
Щетиной зарастая сорняков.
А новостройки, нагловато хмурясь,
Совсем не замечали стариков.

И я, как он заброшенный,бесхозный,
Не раз судьбою битый наповал,
Его по тайным знакам узнавал,
И радовался, что пришёл не поздно.

И вот уже подстрижен, и подлатан,
Расправив стены, вновь хорош собой,
Дом , прикурив от головни заката,
Дымит нещадно новенькой трубой.

Не стыдно перед дедом и отцом!
Ухожен двор и перекрыта крыша.
Приблудный кот царапает крыльцо.
Живёт мой дом! И всё, как прежде — слышит!

 

«Не приходи»

Звонила Осень. Признаюсь, не ждал.
Был за мгновенье мир переиначен.
Я потерял надежду на удачу
И потому забвения искал
И ёжился. И, согревая руки,
Дышал на них. Дышал и не согрел.
И всё зевал от холода и скуки,
А вечер постепенно догорел,
Потух и задушил в объятьях солнце,
Убил огонь и угли затоптал…
Я пялился на переплёт оконца,
Дрожал и думал: Как же я устал!
А в коридоре хлопали дверями,
И звали всё по имени меня.
Я головой приник к оконной раме
И любовался угасаньем дня.
А Осень распиналась о погоде,
Рыдала в трубку: Только не молчи!
Я промолчал — молчанье нынче в моде —
Я так себя безмолвию учил.
А Осень забывалась, забывала
Попутно пересчитывать цыплят,
Несла про лёгкий свет, про дым вокзала,
А я не мог взять в толк: На кой мне ляд?..
Я оттого грустил ещё сильнее,
Но Осень заливалась соловьём
О том, что будет глубже и синее
За окнами прозрачный окоём.
И в холоде предутренников белых,
В пустой стерне, в заброшеных стогах,
Была она — и жаждущее тело,
И шёлк паучий в ласковых руках.
О нежности своей мне пела Осень.
( Я так когда-то голос твой любил.
И пил взахлёб из глаз любимых просинь,
И на руках оранжевых носил.)
Она всё лепетала о подарках,
Которые с собою принесёт…
Эх, был бы я хоть чуточку Петрарка,
А не упрямый, хмурый рифмоплёт!

Стихи лауреатов. Олег Алексеев

Второе место
в «Открытой номинации»
поэтического конкурса
«Словенское поле — 2017»

Олег Алексеев

г. Псков

Словенские ключи

Сияло небо бледно-розово.
Помады вкус слегка горчил.
И наперегонки, до озера,
Неслись Словенские ключи.

А мы с тобой, одевшись простенько,
Вдали от суетных людей,
Стояли на скрипучем мостике
И с рук кормили лебедей.

Сливались в общее свечение
Блеск озера, ручья и глаз.
Сжималось время до мгновения,
И небеса втекали в нас.

Душицей пахло, пахло таволгой.
До белоснежных облаков
Шагали в горку мы усталые,
Но это было так легко!

Псковские озёра

Карту области открыл. Нет милей узора!
Как же сердце радуют здешние места!
Драгоценной россыпью псковские озёра,
А вокруг дремучие, хвойные леса.

Сколько гнали ворогов, через них, на запад,
Сколько крови пролито ради этих мест!
Потому, распаренной хвои свежий запах
Никогда, наверное, мне не надоест.

Долгожданная пора отпускная скоро,
По морям разъедутся лучшие друзья,
Но с морями дальними псковские озёра
Красотой и святостью сравнивать нельзя.

Уезжать не тороплюсь, знаю повод веский,
Верю, каждый водоём силу сохранил.
Там вот князь когда-то жил, Александр Невский,
Тут вот Савва Крыпецкий с Богом говорил.

Жаль, на ваших берегах стало много сора,
Верю, мы исправимся, вы простите нас,
Слёзы божьей радости, псковские озера,
Свежие и светлые, цвета детских глаз…

Любимому городу

Остановите споры ни о чем,
Где лучше жить: в Москве, иль за границей…
Мне повезло родиться псковичом.
Я городом своим могу гордиться!

Когда я на чужбине, по делам,
Мне никуда от памяти не деться.
В душе звучат Его колокола,
И купола крестами колют сердце.

Сюда не залетал метеорит,
И не спешит элита мировая.
Зато сусальным золотом горит
Над речкой купол, небо подпирая.

И безупречны выправкой своей,
Намоленные многими веками,
Десятки белых воинов – церквей,
Оберегают каждый псковский камень

От всех стихий и вражьих башмаков,
Несущих нам куски заморской грязи.
Их положил немало гордый Псков,
Немногие вернулись восвояси.

Ведь город Псков – кулак Святой Руси,
Помощник славный Матушки России.
Ты нас за это, Господи, спаси,
Даруй духовной крепости и силы.

Стихи лауреатов. Юлия Крылова

С-ПТретье место
в «Открытой номинации»
поэтического конкурса
«Словенское поле — 2015»

 ЮКрылова

Юлия Крылова
Санкт-Петербург — Тверь

 

* * *

Мальчики режутся в танчики, красных купают коней
и в белом белье убегают — умирать на войне,
играя в бессмертие, в эльфов и колдунов,
но никто с белоглазой встретиться не готов.

Солнце ласкает макушку маминою рукой,
букашки ползут по рубашке, и ползет над рекой
цвета твоей рубахи белое полотно
и расползается красным маленькое пятно.

* * *

И льется песня ржавою водою,
слова которой стоило б забыть,
но я пою и в этом водопое
бегу по волнам памяти в заплыв
по ванне белой, чей язык шершавый
мне гладит спину ласковей, чем ты,
и в зеркало в разводах этой ржави,
как в символ разводящейся четы,

смотрю я, вспоминая нашу речку,
что течь могла быстрей, чем наша речь,
и наши обручальные колечки
от камешков в ней расходились. Лечь
хотелось в лодку и смотреть на небо,
как месяц, подражая нам, в нем плыл.
А через год единственным ты не был,
а вот любимым ты, пожалуй, был.

Похрустывая яблоком зеленым,
я Евой не кажусь себе уже.
Плыву теперь в объятиях зевоты
над пропастью в водопроводной рже
и более всего боюсь я пробку
изъять из мира с бездною без дна,
где нет тех звезд и месяца, где робко
уходит из строки — вода… вода…

 

ПРОГУЛКА

А.Л.

в маленьком городе где каждая хата с краю
не любовь бесконечна ряды дощатых заборов
где раз в месяц проходит скорый
и никто его не замечает

где все тебя знают и каждый прохожий знакомый
где крик петуха звучит как песнь Соломона
где все ждут от соседа динь-дона
и поэтому вечно дома

где хранит тебя рухлядь иконки родные стены
с цветочками зла завядшими на обоях
подоконник на нем растенье
солнцем залитое и водою

где женщина лет за сорок с гусиной кожей
вспоминает по праздникам как она с ним летала
и зеркало каждое в чем-то схоже
с одной из картин Шагала

где в субботу скрипач на раскаленной крыше
Мендельсона играет и ест незрелые сливы
где я слава Богу себя не слышу
где себе я кажусь счастливой

Стихи лауреатов. Александр Петров

С-ПТретье место
в «Открытой номинации»
поэтического конкурса
«Словенское поле — 2015»

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Александр Петров
г. Псков

 

* * *

не спрашивай меня, как я живу
не говори о жизни и погоде,
я сам об этом многим говорю,
и даже попадаю в душу вроде.
не предлагай мне огненной воды,
я слишком очарован крепким чаем,
и слушая как ссорятся коты,
я обязательно о ком нибудь скучаю.
и ночь считаю лучшим из времен,
в моем сформировавшемся сознании.
мы как то очень правильно живем,
раскапывая крохи мироздания,
мне хочется так много рассказать,
раскатывая буквы на бумаге.
но если честно, хочется поспать
и погулять во сне по старой Праге

не спрашивай меня, как я живу….

*  *  *

Мы никогда не увидимся,
Никогда.
Ты помнишь,
Я грезил Витебском,
В те года.
Я бредил твоей Белой Русью,
Счастливый бред.
И знаю, что не вернусь я,
В тепло тех лет.
Охапки осенних листьев,
На берегу.
Их запах, их добрый шепот,
Я берегу.
На имя память скупая,
Как лунный свет.
Но никогда не растает,
Твой силуэт.
*  *  *

Утешайся, какими-нибудь непонятными текстами,
Проводя по седой голове ладошкой.
До боли знакомо мне это место,
В котором встретились мы, мой хороший.

Я в лица прохожих рассеяно всматриваюсь,
Осень, пасмурно, листья желтые.
Какая могла быть хорошая партия,
Мелькнуло среди осеннего золота.

Какие могли быть красивые дети,
Ну что ты хватит, все это в романах.
А солнце светит и листья светят
Звуча естественной фонограммой.

Какая могла быть.., ты снова бредишь.
Наверно осень такая пьяная
А помнишь театр, а помнишь свечи,
И звуки расстроенного фортепиано.

А помнишь мы…. Да конечно помню,
Но это в прошлом, да это было.
Все, друг мой помню, все, впрочем, кроме.
Скажи мне, я разве тебя любила?

Ты слишком много себе придумал,
Хотя, это свойственно для поэта.
Ты был восторженно счастлив, юн
И это было в начале лета.

Тогда все было небесно чисто
Меня пленяла твоя наивность
Но лето кончилось, очень быстро,
А небо грустно дождями лилось.

И каждый стал одинок по – своему
Усталость имеет свойство копиться.
Наверное, надо было бежать на море
Или хотя бы пойти напиться.

Все в нашей жизни не равномерно
Кому везет, а кому не очень.
И как же часто бывает скверно
Когда съезжаешь ты на обочину.

Ну вот сказали друг другу глупости,
Пора прощаться, опять на долго
Все наши чувства, как льдинки хрупкие,
А души плачут побитым волком.

Все это было глубокой осенью
И листья падали парашютами
В ногах остались печаль и колкости.
Размен тоскою и злыми шутками

 

Стихи лауреатов. Ольга Королева

С-ПВторое место
в «Открытой номинации»
поэтического конкурса
«Словенское поле — 2015»

ОКоролева

Ольга Королева
г. Санкт-Петербург

 

СРЕДНЕВЕКОВЬЕ. РУСЬ. ПЕРЕД ВЕСНОЙ

На западе видны сквозь сучья
Воспламененья зимних зарев.
Как вол на пашне – вязнет в тучах
Соборный колокол, ударив.

Под крепостью, как под пятою,
Высокий мыс лежит покорно.
За городищенской стеною
Парит в речной долине ворон.

Соединяющая земли,
Река заснула под снегами.
Во льду ладьи и лодки дремлют,
Канаты брошены за камни.

Вселяют скрытую тревогу
Недолговечные победы.
За лесом, около истока,
Отстраивают крепость шведы.

 

ЮРЬЕВ МОНАСТЫРЬ В НОВГОРОДЕ

Пахотное поле приозерья.
Поймы заболоченный пустырь.
Древние угодья земледелья
Главами венчает монастырь.

Сквозь побелку стен сырого храма
Швы видны и кладка кирпича –
Будто от войны со шведом рана
Кровоточит, так же горяча.

Поздно возвращается с рыбалки,
Скрывшись за воротами, монах.
Жжет свечу в келейном полумраке –
И светлей прохожему впотьмах.

Средь полей, болот и редких елок,
Где века рекою утекли –
Времени минувшего осколок
Парусом белеет на мели.

МОНАСТЫРЬ НА ЗАПАДЕ РОССИИ

В утреннем тумане крики чаек,
Северной реки неспешный ход.
Храм неподалеку от причала.
Слышен скрип открывшихся ворот.

В пойму, к месту древнего дозора,
Иноки идут ловить угря.
Там была прикрыта с Ильмень-моря
Белая стена монастыря.

Как хотелось шведу и поляку
Силой взять речной торговый путь!
Скромному отшельнику – монаху
Было от набегов не вздохнуть.

Правнукам о тяжких днях осады
Скупо летописная строка
Только и вещает: ради правды
Ноша непосильная легка.

 

Стихи лауреатов. Наталья Иванова

С-ППервое место
в «Открытой номинации»
поэтического конкурса
«Словенское поле — 2015»

НИванова

Наталья Иванова
г. Москва

*   *   *

Тучное небо над старым железным вокзалом.
Локомотивы – как будто двуглавые птицы.
Дизельным маслом натёрты полозья и спицы –
Легче скользится из кузни в литейную залу.
Птицы в ремонте. Их перья – в почистке, в починке.
Ставят колёса, меняют цилиндры, каретки.
Есть, говорят, к океанам железные ветки.
Значит, пора снаряжаться по южным тропинкам.
Значит, не время сидеть у окна над котельной:
Семь стеллажей и сливовое дерево в кадке.
Стулья без спинок – они не боятся усадки.
Есть, говорят, к океанам фургон карусельный.
Есть, говорят, к океанам канатные рельсы.
Кран мостовой не под крышей скользит, а под тучей.
Есть, говорят, магистрали – железней и круче,
Там, где беззвучно стучат перелётные рейсы.

*  *  *

Для будущих ёлок в Немеции вам – Жар-Птица!
Мгновенье, и санки привязаны к колеснице.
И поезд заснеженный – узкой, широкой колейкой…
«Я буду писать».
……………………….. «Я не буду».
Поди одолей-ка
Ту силу холодную – дунет на окна узорно,
И вот вам ледовый дворец, и – прощайте, покорно!
И двери в морозных наклейках: снежинки, снежинки.
О, табель о рангах! О, вечность! Не хватит слезинки,
Чтоб вымыть осколок и сердце смягчить и оттаять.
Поэтому – жаркая птица. И жгучая стая
За санками мчится и перья роняет по следу…
«Я буду писать».
……………………….. «Я не буду».
Я тоже уеду.

 

* * *

Мне кажется, если к тебе прикоснуться словами –
Господь поразит язык.
Метель, а в корзине – младенец;
Барашки, солома.
Я только в гостях, но когда-нибудь буду как дома.
На ёлках звенят колокольца… Когда-нибудь встану впритык
К воротам, к просящим – в заснеженных шалях-тулупах.
Монетки-ладошки… За каждую: «Дай-то вам Бог…»
Канатом в иголку паломники разных эпох
До самой Канавки проходят и щедро, и скупо.
Сосед мой безногий на ящике стелет ковры:
В них – ладан, и масло, и мёд, и товары младенцам.
Идёшь на Голгофу – протянут тебе полотенце,
Идёшь в Вифлеем – обозначат звезду и дары.
И будем как дети, как сёстры, сухарики печь.
Пшеничные, квасные – ставить в чугунные ниши.
Морозная пряжа… Волшебные палочки свеч…
И бисер снежинок – под ноги… под крылья… под крыши…